Истории

«Хочу оставить ребенка!» Как бездомная Юля пытается вырастить сына

13 февраля Юля выписалась из минской детской больницы № 3 с новорожденным сыном. Юле 25 лет, семь из которых она бездомная. Помощи от родственников нет, денег нет, из всех документов — одна медкарта. Пять месяцев назад тогда еще беременная девушка поругалась с отцом ребенка и голыми руками разбила стекло на автобусной остановке. За «хулиганку» попала в милицию к Юрию Кулакевичу, инспектору РУВД. Юля сказала ему, что остановку разбила «от тоски». И попросила: «Знаю, что вариантов у меня почти нет. Но хочу родить и воспитать ребенка. Помогите мне, пожалуйста». И он взялся помогать.

Сына Юля родила 26 января. Назвала Алексеем. По словам медперсонала, аппетит у мальчика хороший, вес — 3,57 кило, сон — крепкий. Вместо родственников забирать Юлю из больницы приехали работники Центра «Счастливый малыш», который поддерживает матерей в трудных ситуациях. И тот самый инспектор Юрий Кулакевич — с букетом цветов для молодой мамы: «Ты, Юлька, молодец, но не расслабляйся: всё только начинается».

«Лучше разбить остановку, чем отказаться от сына»

В Партизанском РУВД Юрий Кулакевич занимается «исполнением наказаний, не связанных с лишением свободы». Он рассказывает, что, когда Юлю у разбитой остановки задерживали милиционеры, девушка не сопротивлялась и не буянила. В участке почти всё время молчала. В итоге вместо заключения Юле назначили год «домашней химии» («один год ограничения свободы без направления в исправительное учреждения открытого типа»). А это значит, что весь год Юля должна была отмечаться у инспектора, обязательно работать, не пить алкоголь. И — обязательно — находиться дома.

А дома-то и не было.

Ночует на пункте приема стеклотары, а иногда, «за бутылку дешевого вина», ее принимают в притон где-то в Уручье.

— Никаких документов — ни регистрации, ни паспорта, ни свидетельства о рождении у Юли не было. Приходилось опираться только на ее собственные слова, рассказывает Юрий. В графу «адрес проживания» девушка вписала адрес дома, в котором никогда не бывала. Так поступить ей посоветовал знакомый, с которым они вместе неофициально подрабатывали на пункте приеме стеклотары — мыли, чистили, били и сортировали бутылки. Этот знакомый убедил Юлю, что по тому адресу живет «одна бабушка», с которой обо всем договорились и которая Юлю на некоторое время приютит.

Юля. В ожидании родов. Конец января. Фото: Александр Васюкович, Имена

Приехали к бабушке. Та про Юлю ничего не слышала. Стали выяснять дальше, где же она живет. И узнали, что дома у Юли нет, что ночует она на том самом пункте приема стеклотары, а иногда, «за бутылку дешевого вина», ее принимают в притон где-то в Уручье. И тут встал вопрос: если дома у Юли нет и она не найдет его в ближайшее время, то о каком домашнем аресте может идти речь? Значит, «химию» могут заменить на что-нибудь посерьезнее, и ни о каких детях думать ей уже не придется.

Подсадная бабушка и угроза ареста

— Мы с Юлей много разговаривали, обсуждали, что же делать дальше, что будет с ребенком, — вспоминает инспектор. — Если бы мы видели, что ей все равно, то расклад был бы такой: она бы родила, отказалась от сына, как делают многие бездомные матери, ходила бы в ночлежку и платила бы алименты. В перспективе — что тоже случается почти всегда — поехала бы в места лишения свободы.

Но Юля пришла и сказала: «Хочу оставить ребенка. Помогите мне, пожалуйста». Это, может быть, первый раз в моей практике за все 10 лет работы, когда человек оказывается в такой сложной, как у Юли, ситуации и сам проявляет желание что-то менять.

Юрий Кулакевич до сих пор созванивается с Юлей и старается всячески подбодрить ее. Фото: Александр Васюкович, Имена

Стали искать, куда Юлю временно вписать. Самый очевидный вариант — Ваупшасова, 42, Дом ночного пребывания для лиц без определенного места жительства в Минске. В народе — бомжатник.

Я сам отец и считаю, что лучше мамы родной никого не будет. Какая бы ни была мать.

— Решили оформить туда Юлю временно, — объясняет инспектор. — Для беременной там условий никаких. Комнат отдельных не выделяют, живут по шесть человек в одном помещении. И находиться в Доме можно только в вечернее время — после 6 вечера и до 8 утра.

Параллельно искали лучший вариант и пытались восстановить документы. Потому что без документов Юля не имела возможности даже зарегистрировать рождение будущего малыша, не говоря уже о том, чтобы получить пособие. Постепенно прояснялись многие обстоятельства Юлиной жизни до прихода в милицию.

«Дом пропал, маму потеряла, учиться бросила, с парнем разошлась»

Юля родилась и выросла в Клецке. Девушка рассказывает, что жила вдвоем с мамой в деревянном классическом деревенском доме. Говорит, был там и участок с огородом, и свое хозяйство: свиньи, цыплята, корова.

Юля в секретной квартире. Вспоминает, как в ее детствие из всех забот по хозяйству больше всего ей нравилось ходить с мамой на работу и доить коров. Фото: Александр Васюкович, Имена

— Мама работала дояркой, а я ей всегда помогала, — вспоминает Юля. — Друзей особо не было — постоянно что-то надо было делать по хозяйству. Сколько себя помню, в пять поднималась, в одиннадцать ложилась. Мечты были самые обычные. Больше всего любила корову Зорьку. Потому что она никогда не бросала, не убегала. Я хотела стать ведущей какой-нибудь хорошей передачи. Только чтобы не новости. Потому что там мало хорошего говорят, только плохое. Было бы хорошо вести что-то вроде «В мире животных». Я ведь что поняла: животные, они во многом лучше людей. Обманывать не умеют, предавать не умеют, завидовать.

Я хотела стать ведущей какой-нибудь хорошей передачи. Было бы хорошо вести что-то вроде «В мире животных»

Когда Юля училась в девятом классе, семье понадобились деньги. Юля говорит — на учебу в Минске и на похороны бабушки. Взять деньги было неоткуда, так что решили продать дом и переехать к родственникам, в тот же город. Чтобы продажа была возможной, мама девочки выписала из дома себя и дочку буквально на улицу. Прописаться у родственников мама и дочка не успели — по словам инспектора Кулакевича, тот второй дом сгорел вместе с владельцами во время одной из пьянок.

Юля показывает вещи для малыша, которые собрали для нее работники социального центра. Фото: Александр Васюкович, Имена

Так Юля и ее мама стали бездомными и обе перебрались в Минск. Юля перехотела быть ведущей и поступила в училище на специальность маляр-штукатур. Получила место в общежитии.

— Работа маляра мне нравилась, — вспоминает Юля. — В учебе всё получалось. И теория, и практика. Не круглая отличница, конечно, но хорошисткой была. А потом как-то… Не знаю. Не знаю. Загуляла, что ли? Была компания. Мы ездили по городу, отдыхали. И как-то утром я вышла из здания ПТУ и больше туда не возвращалась.

После черной полосы — черная полоса

Юля бросила училище за полгода до диплома. Съехалась с парнем из той самой компании. Сняли квартиру. Вместе искали, где «подхалтурить».

Когда-то Юля хотела стать ведущей на телевидении Фото: Александр Васюкович, Имена

— Покрасить, обои поклеить, в бане швы замазать, — перечисляет Юля. — Денег хватало и на хлеб, и на жилье. Вот у меня спрашивают, почему не стала на биржу труда. Может, и надо было. Но для этого же нужна регистрация, а это слишком уж дорогое удовольствие: 200 баксов на один год!

Нужна регистрация, а это слишком уж дорогое удовольствие: 200 баксов на один год!

Пожили вместе четыре года и «поняли, что не сходятся характерами». Парень переехал к родителям. Юля — на улицу. Сначала жила по знакомым за еду. Брала халтуры. Потом, говорит, началась аллергия на строительные смеси, отпали многие заказы. Денег и друзей стало меньше. Перебралась в минские притоны. Больше стало и алкоголя. По сведениям инспектора Юрия, полгода назад Юлю поставили на учет и обязали пройти принудительное лечение от алкогольной зависимости до конца года.

А еще, как вспоминает девушка, в то время она умудрилась потерять свой мобильный телефон. А вместе с ним и контакты мамы. Учитывая, что обе — и мама, и дочь — в Минске кочевали с места на место и нигде не были прописаны, три года мама и дочка не могли друг друга найти. Мама отыскала Юлю совсем недавно, месяц назад. Говорит, что через службу поиска пропавших людей «Жди меня». Но помочь мама Юле ничем не может — сама живет у знакомых.

— Такая злость у меня от всего была, — вспоминает Юля. — И тут эта остановка… Ну, разбила.

Монастырь или колхоз

Выходом, который нашел для Юли инспектор, стал Социальный центр «Счастливый малыш». Это одно из немногих мест в Беларуси, куда сегодня может обратиться за помощью бездомная мама с ребенком. Обычно, как говорит Кулакевич, бездомных направляют в Дом на Ваупшасова.

Юля в ожидании родов в комнате «Счастливого малыша». Конец января. Фото: Александр Васюкович, Имена

«Счастливый малыш» принимает не только бездомных мам, но и всех мам, которые попали в сложную — экономическую, социальную, психологическую — ситуацию. Например, помогают женщинам, которые не могут обеспечить своих детей, или тем у кого душевный кризис. Мамам предоставляют помощь психолога, юриста, помощь вещами, едой и медикаментами. За три года центр поддержал 217 мам и помог 441 ребенку.

Помимо самого Центра у «Счастливого малыша» есть еще и убежище — квартира, где временно может пожить мама с ребенком. В это самое убежище и попала Юля. Ей выделили отдельную комнату с детской кроваткой и большим столом, где можно пеленать ее новорожденного сына Лешу. И шкафом, куда Юля складывает предоставленные Центром детские вещи: распашонки, штанишки, одеяльце, игрушки.

Впервые мы видим человека, у которого всё так сложно и с жизнью, и с документами

— Для нас случай Юли — уникальный, — говорит руководитель Центра «Счастливый малыш» Ирина Шмак. Впервые мы видим человека у которого всё так сложно и с жизнью, и с документами. Усложняется положение тем, что социальные льготы (пособие) Юле тоже не положены. Ведь получается, что это был ее собственный выбор: не закончить учебу, нигде официально не работать. Получается, что она сама выбрала такой образ жизни. С другой стороны — она сама же попросила о помощи. И это дорогого стоит.

Последние сборы перед выпиской из больницы. Фото: Александр Васюкович, Имена

Мы помогает, чем можем — вещами для ребенка, едой. Помогаем восстановить паспорт. Но наши возможности небезграничны: там — шесть рублей на фото, там — базовая за госпошлину… Кроме Юли у нас есть еще две мамы, которые на днях возвращаются из роддома и которым тоже нужно будет помогать. Так что если у кого-то есть желание и возможность — всегда будем рады участию, — призывает Ирина. Она рассказывает, что в Беларуси, кроме «Счастливого малыша», бездомная мама может обратиться в монастырь или колхоз. Там могут приютить человека без определенного места жительства и дать ему квартиру или комнату, но, как правило, только в том случае, если этот бездомный будет выполнять нужную для колхоза или монастыря работу.

Чаще всего речь идет о работе физической: покрасить, перекопать, нарубить дров, и т. д. Если же возможности работать у бездомного нет, то он снова вынужден либо идти на улицу, либо — на Ваупшасова, 42. И это при том, что в Минске официально, по данным Мингорисполкома, зарегистрировано более трехсот бездомных, и только за 2015 год более 1,6 тысяч обращений «лиц категории БОМЖ» — за едой, медпомощью и теплой одеждой. Неофициальных бездомных может быть в несколько раз больше. Статистика по беременным бездомным отдельно не ведется.

Незадолго до родов Юля начала читать «Книжку молодой мамы»: «Всё-таки первый ребенок, — говорит она. — Учусь вот, как правильно обращаться с таким маленьким. Пеленание, купание…». Фото: Александр Васюкович, Имена

Что с Юлей и ребенком будет дальше?

«Счастливый малыш» может приютить Юлю и ее сына на полгода. Если никаких нарушений со стороны девушки не будет, поддержку можно продлить еще на полгода. Дальше либо вставать на ноги и идти в колхоз или монастырь и получать жилье за работу. Либо за время декрета попробовать восстановиться в ПТУ и получить диплом, а вместе с ним — шанс на льготную помощь и пособие. Можно попробовать окончить курсы и выучится на парикмахера, попробовать работать надомно. Снимать жилье, может быть, не в Минске.

Сын Юли. Начало февраля. Фото: Александр Васюкович, Имена

— Я согласна на любую работу, которая найдется, — уверяет Юля. Работники центра и милиционеры отмечают, что после родов она посвежела, воспряла духом и ведет себя «как настоящая наседка» — за ребенком ухаживает внимательно и с максимальной заботой.

— Очень хочу, чтобы у сына была крыша над головой, свои игрушки и комната. И для этого я готова много трудиться и буду признательна за любое место.

— Да, Юля может сорваться, — инспектор Партизанского РУВД Юрий пока не делает прогнозов по Юлиному будущему. — Такое тоже случается. Но мы будем надеяться, что через пару лет Юля со своим сыном приедет к нам в отделение на машине и скажет: «Ребята, смотрите, какая я!». Хотелось бы, чтобы было как в сказке. Я сам отец, и считаю, что лучше мамы родной никого не будет, какая бы ни была мать.

Молодую маму на выходе из больницы инспектор Юрий встречал с цветами. Фото: Александр Васюкович, Имена

Чем вы можете помочь:

— вещами: средства гигиены и ухода для женщин и детей, памперсы, детская и взрослая одежда, детское питание, питание для мам (желательно не скоропортящееся, но полезное — овощи, фрукты).

Размер у Юли — 46–48. 1,8 — рост. Обувь — 40-41.

Передать всё можно прямиком в социальный центр «Счастливый малыш» по адресу: г. Минск, ул. Хмелевского, 12а (СШ № 105) или связавшись с работниками центра по телефону (017) 222-05-65.

— работой. Адрес и телефон — тот же, социального центра.

Истории

«10 лет участвовал в задержаниях. Больше не хочу». Бывший ОМОНовец рассказал, почему белорусов спасет только солидарность

Истории

«ВИЧ — это выдумка». Врач-терапевт минской поликлиники отговаривает сдавать анализы на вирус

Помогаем проекту «Позитивное движение»
Собрано...
Истории

«Отворачиваются даже друзья». Пять минчан показали, как возвращаются к жизни после психбольниц

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано...
Истории

Оптимист. 10-летний мальчик из Слуцка скрывает от всех, что он слепой

Истории

Айтишница из Линово. Как живет и работает девушка, которую не может вылечить ни один врач

Помогаем проекту Фонд «Геном»
Собрано...
Истории

Как выживают люди, которым государство отказало в пенсии

Истории

Домик у озера. Как минский архитектор Галина Боярина помогает сиротам искать смысл жизни

Помогаем проекту Детская агроусадьба «Отрада»
Собрано...
Истории

Как «белорусский Хокинг» научил парализованного парня из Минска управлять компьютером без рук

Помогаем проекту Патронажная помощь «Шаг навстречу»
Собрано...
Истории

Выживший. Как парень с последней стадией рака удивил онкологов

Истории

«Государство всё время наказывает». Как сироте Богдану запретили тратить деньги

Помогаем проекту Детская агроусадьба «Отрада»
Собрано...