Истории

«Других спасало общение. А я слышал только обрывки слов». После избиений в автозаке Паша остался без слухового аппарата и оказался в СИЗО

Каждый день Паша Ерчак отсыпается после ночной смены, ночью идет за сигаретами и продуктами в ближайший торговый центр «Рига». Ночь с 10 на 11 августа не стала исключением. Паша уже подходил к магазину, когда его схватили неизвестные в шлемах, затолкали в атозак, избили, а потом отвезли в Жодинский СИЗО. Во время избиений в автозаке Паша потерял слуховой аппарат. Трое суток он почти не слышал разговоров сокамерников и с трудом понимал команды надзирателей. А когда вышел — растерялся. Новый аппарат стоит 4000 рублей, у Паши не было таких денег. Работать без него он не мог вообще, полноценно жить — тоже. Но Паше помогли ИМЕНА. 

Если вы получили травмы во время мирных демонстраций и вам нужны лекарства, лечение, реабилитация, вы можете обратиться к нам. Для этого нужно  заполнить заявку
Вы также можете позвонить на КРУГЛОСУТОЧНУЮ «горячую» линию по номеру +375 44 709-79-11 и вам подскажут, как получить юридическую, медицинскую или психологическую помощь.

Вместо магазина — в автозак

Мы встретились с Пашей в офисе ИМЕН: он пришел перед работой, чтобы подписать необходимые документы и пообщаться с журналистами. Стеснялся, коротко и сухо отвечал на вопросы. Когда речь зашла про новый слуховой аппарат, оживился, расслабился и рассказал свою историю. 

— Это было ночью с 10 на 11 августа. Весь день я отсыпался после ночной смены, вечером засиделся в компьютере, а в магазин выбрался только в три часа ночи. Универсам «Рига» — в семи минутах ходьбы от моего дома, я постоянно хожу туда за сигаретами и едой. Интернет тогда не ловил, а телевизор я вообще не смотрю. Я не знал, что «Рига» в ту ночь стала эпицентром событий: там собралось около пяти тысяч протестующих, трижды возводили баррикады, силовики их сносили и жестко подавили протесты. Закончилось все где-то в полтретьего ночи — за полчаса до того, как туда пришел я. 

Фото: Александр Васюкович для ИМЕН

Паша не планировал гулять долго: одет был легко, обут в шлепанцы. С собой взял только телефон и пятьдесят рублей. Шел, погруженный в свои мысли. Его не смутило, что вокруг нет ни души — в такое время редко кого встретишь. Не обратил внимание, что витрины магазина не светятся как обычно. И вообще не заметил, что идет по «прожженному», черному асфальту.  

— Омоновец появился из ниоткуда. Он был в шлеме, в полной экипировке. Я заметил его в пяти метрах от себя и пошел дальше: я же ничего не нарушал и не буянил. Потом подбежал второй и начал залмывать мне руку, — Павел автоматически щупает пальцами плечо, которое до сих пор ноет.  

Молодой человек пытался объяснить, что живет рядом и что просто шел в магазин. Но его никто не слушал. Сказали заткнуться и опустить голову. Тогда Паша и увидел черный асфальт под ногами, который недавно тушили. Сначала удивился, потом испугался. Понял, что влип.  

Других спасало общение. Но я не мог общаться — я слышал только обрывки слов 

В автозаке уже лежали два человека. Они были связаны. На полу — кровь. Слева от них сидел еще один омоновец:

— Только я повернул голову в его сторону, мне прилетело кулаком в лицо со словами «на пол, лежать». Все это с криком и матами. Конечно, я не стал сопротивляться, они ведь в экипировке. Потом начали бить. Я понял, что будут продолжать долго, поэтому перевернулся на спину — так меньше болит. Били всем подряд: руками, ногами, дубинками. Потом один из них сел на меня и стал точечно бить по лицу. Больше всего прилетало в бровь. Я запомнил эти слегка мягкие перчатки, и звук «бам, бам, бам». 

Раньше Павел занимался борьбой. Он вспомнил старые навыки: правильно сгруппировался, зажал одного омоновца ногами так, что тот больше не смог его снова ударить. После этого Пашу перестали бить, заломили ему руки и связали пластиковыми хомутами. 

Автозак направлялся в Советское РУВД. Другие задержанные по дороге пытались поговорить с Пашей, но у парня не было сил на разговоры, да и понять их не мог — голоса доносились как издалека, слова сливались в сплошной гул. Только на выходе Паша понял, в чем причина — когда его били, он потерял слуховой аппарат.  

Фото: Александр Васюкович для ИМЕН

Тугоухость у Паши с рождения. В школе он слышал еще нормально, но в 23 года слух резко ухудшился. За три года он снизился на шестьдесят процентов. Парень перестал слышать даже негромкую речь, ему стало тяжело поддерживать разговор в компании. Врач сказал, что операция не поможет, выход один — слуховой аппарат. Паша долго противился, боялся, что общество его не примет. В 26 лет — четыре года назад — решился на покупку. Копил деньги полгода.

Слуховой аппарат вернул Паше полноценную жизнь. Парень смог свободно общаться с друзьями, комфортнее стал чувствовать себя на работе. Работал охранником в магазине, потом устроился комплектовщиком на склад.  

— Когда понял, что потерял аппарат, испугался. Что будет? Потеря слухового аппарата грозила увольнением: без него опасно выходить на работу, я мог бы попросту не услышать звук приближающегося погрузчика. 

В СИЗО. «Других спасало общение. Но я не мог общаться — слышал только обрывки слов» 

При выходе из автозака Паша пытался объяснить представителям ОМОНа, а потом и милиционерам, что остался без слухового аппарата и с трудом различает слова. Первые ехидно проорали на ухо: «А мы будем говорить громче», а вторые просто промолчали. Молодой человек понял, что ему здесь тоже лучше помалкивать, смотреть, что делают другие ребята, и повторять за ними. 

В РУВД Пашу и еще 50 задержанных поставили вдоль стен, колонна растянулись на весь двор. Так молча простояли с четырех ночи до одиннадцати дня. Сказал слово — получил дубинкой по ногам. Днем разрешили присесть, стали приносить воду. Подсунули подписать какую-то бумажку. Паша просто поставил крестик, потому что не знал, что подписывает.

Надзиратели сами не знали, кто еще сидит, а кого уже отпустили. Если бы я не услышал тогда свою фамилию, остался бы в СИЗО

Чуть позже колонну задержанных разбросали по автозакам и снова куда-то повезли. В маленьком «колодце» на три человека ехали восьмером. Проехали минут десять и стали задыхаться. Долго стучали в дверь, пока им не включили кондиционер. Стало полегче. В автозаке никто не разговаривал — всем было страшно, они не понимали, куда их везут.

— Приехали через час. Оказалось, нас привезли в СИЗО в Жодино. Там — снова «ласточка»: руки за головой, а лицо опущено вниз. Потом заставили метров двести бежать по каким-то лабиринтам. Наверное, так хотели нас окончательно запутать. Я не слышал команд, но все понимал. Бегал босиком — свои шлепанцы давно потерял. Содрал ноги в кровь. А еще бровь после удара в автозаке так надулась, что еле помещалась в ладонь. Местный врач дал две таблетки аспирина и отправил в камеру. 

Фото: Александр Васюкович для ИМЕН

Камера была рассчитана на восемь человек. Сначала задержанных ребят в ней было тоже восемь. Паша сразу бросился на койку и уснул. Проснулся утром, когда их было уже двадцать четыре. Спать приходилось по двое, остальные стояли и ждали своей очереди. За первые сутки задержанных ни разу не покормили. Утром следующего дня принесли пять столовых ложек овсянки на каждого. Паша признается, что первое время есть не хотелось из-за сильного стресса. Потом кормили, в основном, кашами. Один раз принесли консервы, и это показалось сказкой. Однажды еду принесли в грязной посуде. Одни ели, другие — брезговали. Сколько все это будет продолжаться, никто не знал. Заниматься было нечем: в камере не было ни газет, ни книг, ни бумаги.

— Других спасало общение. Но я не мог общаться — слышал только обрывки слов. Иногда вместе с ребятами отжимался — так мы переключались. Но в основном просто лежал и молчал. Сильно болела голова, жутко хотелось спать. 

Перекличка. «Если бы я не услышал свою фамилию, остался бы в СИЗО»

На третий день утром в камеру вошел надзиратель и выкрикнул фамилию Паши и еще троих ребят. Их отпускали. 

— Я радовался, как ребенок, что расслышал свою фамилию. Надзиратели сами не знали, кто еще сидит, а кого уже отпустили. Если бы я не услышал тогда свою фамилию, остался бы в СИЗО. И неизвестно, когда бы вышел. Было бы очень обидно. 

Потом Паше вернули вещи, деньги, телефон. Напоследок дали дубинкой по ногам за то, что поднял голову.    

— Нас просто отпустили. Никаких документов мы не подписывали. Получается, официально мы там не находились. 

В автозаке уже лежали два человека. Они были связаны. На полу — кровь.

Выйдя из СИЗО, Паша удивился тому количеству людей, которые ждали заключенных  на улице — больше тысячи. Впечатлила и готовность их помочь. Паше сразу нашли тапочки, напоили чаем, укрыли пледом, дали подзарядить телефон. Фельдшер скорой помощи предложил отвезти Пашу в Минск. По дороге он договорился с коллегами из больницы, сразу же отвез парня туда. Пашу осмотрели, сделали снимки. Переломов не оказалось, только ссадины и гематомы по всему телу. Но была одна большая неразрешенная проблема — Паша почти ничего не слышал. 

Слуховой аппарат, который остался в автозаке, стоил около 4 000 рублей. У Павла  денег на него не было.

— Мне бы радоваться, что я дома. Но я как-то непонятно себя чувствовал. Морально готовился к увольнению. Не знал, что делать. 

На работе Пашу ждали, сказали: «Выздоравливай, восстанавливайся, приходи». А на десятый день после освобождения Паше позвонил волонтер ИМЕН и предложил помощь в рамках проекта  «Центр медпомощи для пострадавших во время мирных демонстраций». Паша тут же рассказал про свою проблему. 

Так выглядел Паша после возвращения из СИЗО Фото: архив героя

Волонтер быстро организовала консультацию сурдолога — специалиста, который занимается реабилитацией и адаптацией людей с нарушениями слуха. А через пару дней у Паши появился новый слуховой аппарат. 

Сейчас Паша чувствует себя хорошо. Только судороги в плече дают о себе знать после побоев, когда он поднимает тяжести. 

— Пару раз мне снился ОМОН. Страшно, что они в масках, и творят, что хотят. Но я рад, что все это закончилось без тяжелых последствий. Если бы не ИМЕНА, я бы смог купить аппарат минимум через год. Как бы я жил это время, не знаю. 

Помощь

ИМЕНА будут помогать пострадавшим и сопровождать их все время, пока будет необходима помощь.

Пожалуйста, обращайтесь к нам и заполняйте заявку на помощь здесь. . ИМЕНА поддержат вас не только с лечением и реабилитацией, но и организуют психологические и юридические консультации. 

Если вы пострадали во время мирных демонстраций и готовы рассказать свою историю, пишите нам на почту avgust2020belarus@gmail.com с пометкой «История». Мы с вами свяжемся.

Истории

ИМЕНА vs коронавирус. Главное на сегодня 02.07.2020

Помогаем проекту Имена
Собрано 221 957 из 511 767 руб.
Истории

Даше помогли сидеть без боли, а студенты БГУ проводят акцию в поддержку «Нитей Дружбы». Новости проектов за май (часть 2)

Помогаем проекту Имена
Собрано 136 991 из 511 156 руб.
Истории

Плата за регистрацию денег и новые цели. Что меняет новый Декрет о получении иностранной безвозмездной помощи

Помогаем проекту Имена
Собрано 153 065 из 511 156 руб.
Истории

Помощь учителям во время коронавируса. Новый проект, к которому может присоединиться каждый

Помогаем проекту Средства защиты для учителей во время коронавируса
Собрано 402 из 103 168 руб.
Истории

Такого еще не было! Альфа-Банк будет переводить 0,5% от покупок клиентов в поддержку проектов платформы «Имена»

Истории

ИМЕНА vs коронавирус. Главное на сегодня 08.05.2020

Помогаем проекту Средства защиты для учителей во время коронавируса
Собрано 32 843 из 103 168 руб.
Истории

ИМЕНА vs коронавирус. Главное на сегодня 29.05.2020

Помогаем проекту Имена
Собрано 136 991 из 511 156 руб.
Истории

У нас будет 7 нянь. Как читатели «Имен» и один ИТ-бизнесмен изменили жизнь 700 малышей-сирот

Помогаем проекту Имена
Собрано 74 671 из 199 522 руб.
Истории

Как помогать и принимать помощь? Юридическая памятка для больниц, волонтеров, спонсоров во время COVID-19

Истории

Лучшие фотографии «Имен» 2017-го