Истории

Получите! Как сотни белорусов, лишенные пенсий, добились права стать пенсионерами

Елизавета Тамашевич из Заславля 19 лет ухаживала за своей больной мамой, но в пенсии государство ей отказало. Бывший милиционер из Лиды Иван Снитко 19 лет отходил в погонах и 11 лет работал охранником, а права на пенсию не заслужил. В такой же ситуации оказались около тысячи пенсионеров — им хватало трудового стажа, но не хватило страхового, от которого зависит, получит ли вообще человек пенсию. За два года страховой стаж резко вырос — с пяти до 15 лет. Посыпались жалобы и обращения — в органы соцзащиты, к президенту, депутатам, в суды. Больше года правозащитники пытались доказать государству, что новые правила в назначении пенсии не соответствуют Конституции. В итоге президент подписал указ, который с 1 августа освободил часть людей из пенсионной ловушки. Но вернули право на пенсию не всем.

Как появилась ловушка

Еще три года назад, чтобы получать пенсию, было достаточно, чтобы в трудовой книжке была запись о пяти годах работы с уплатой страховых взносов. Исходя из этой нормы люди строили свои планы. В конце 2014 года их пришлось пересмотреть: минимальный страховой стаж подняли до десяти лет. А еще через год вдруг — до 15-ти. В три раза за два года!

Этот крутой вираж был первым шагом к пенсионной ловушке. Окончательно стало понятно, что ее не избежать, когда стаж продолжил расти, пусть уже и не резко, а постепенно, на шесть месяцев в год. В 2016-м право на пенсию получили те, у кого минимум 15,5 лет страхового стажа. В этом году нужны уже 16 лет стажа, в следующем понадобится 16,5. И так год за годом, вплоть до 2025-го, когда при выходе на пенсию начнут требовать 20 лет стажа.

И тут многие поняли: да им просто не угнаться за этими цифрами!

Елизавета Тамашевич  из Заславля 11 лет отработала бухгалтером. Потом родила сына, сидела в декрете. А вскоре заболела ее мама. Дочь официально оформила уход за мамой, в органах соцзащиты ей сделали запись в трудовой книжке. Через 19 лет, когда бывшему бухгалтеру исполнилось 55, она пришла оформлять пенсию и узнала, что у нее не набралось 15,5 лет страхового стажа и пенсия ей не положена.

Елизавета Тамашевич 19 лет ухаживала за мамой-инвалидом и осталась без пенсии. Фото: Виктория Герасимова

— Я была в шоке от самой ситуации: 30 лет трудового стажа — и пенсия не положена? — вспоминает Елизавета Юрьевна.

Ей объяснили: от общего трудового стажа зависит размер пенсии, но страховой стаж важнее — от него зависит, получишь ли ты вообще право на пенсию. Страховой стаж — это тот период работы, когда выплачиваются взносы в Фонд социальной защиты населения (ФСЗН). У нашей героини он оказался лишь 11 лет — тех самых, когда она работала бухгалтером и платила взносы. А годы ухода за мамой-инвалидом в нашей стране входят только в трудовой стаж, в страховой — нет.

— Мне сказали, что надо отработать еще восемь лет, только тогда я смогу пойти на пенсию, — рассказывает женщина.

Почему не четыре с половиной? Именно потому что минимальный страховой стаж постоянно растет. Пока наша героиня будет набирать 15,5 лет страхового стажа, его планка поднимется до 18 лет. Вот и выходит, что нужная цифра в трудовой книжке Елизаветы Тамашевич и необходимый для назначения ей пенсии страховой стаж сойдутся только в 2024 году.

После выхода в «Именах» статьи о том, как в Беларуси выживают люди, которым государство отказало в пенсии, наши читатели в своих комментариях рассказывали свои истории.

В похожей ситуации оказалась и Виктория Петровна из Минской области, историю которой «Имена» уже рассказывали. В 90-е она родила двух сыновей, а когда собралась выходить на работу, грянуло массовое сокращение. Что оставалось делать? Женщина решила воспользоваться правом находиться дома до достижения детьми 14-ти лет. Когда младшему сыну исполнилось 14, она долго искала работу, не нашла и в итоге стала ухаживать за инвалидами. Запись в трудовую книжку ей сделали, но эти годы не вошли в страховой стаж, и в праве на пенсию женщине отказали.

В прошлом году Виктория Петровна не смогла уйти на пенсию, потому что не хватило страхового стажа. А когда новый указ вступит в силу, не хватит трудового. Фото: Алексей Сипачев, Имена

— Это была убивающая новость. При трудовом стаже 26 лет мне насчитали чуть больше 13 лет страхового! Я испытала шок, некоторое время вообще не понимала, где нахожусь. Чувствовала, что с места не могу сойти. И мысль — как жить дальше?

В ловушку страхового стажа попали и люди в погонах. Иван Снитко из Лиды 19 лет прослужил в милиции, вместе с сослуживцами ликвидировал последствия на ЧАЭС, участвовал в спецоперации в Азербайджане. В 1992-м у него случился конфликт с начальством, и Снитко ушел со службы, хотя понимал, что если не доработает до положенных 20-ти лет стажа, то потеряет право на пенсию по выслуге лет.

Иван Снитко отработал 30 лет и остался без пенсии. Фото: Алексей Сипачев, Имена

После увольнения бывший милиционер дома не сидел, подрабатывал в разных местах, но без оформления. Потом официально устроился охранником. Когда исполнилось 60, мужчина пошел оформлять пенсию по возрасту. И узнал, что он ее не заслужил. Да, трудовой стаж большой — 30 лет, а вот страховой — только 8. Дело в том, что пока милиционеры и сотрудники других силовых структур работают, государство, как работодатель, не платит за них в ФСЗН, а пенсии им выплачиваются за счет целевого финансирования. Не отслужил 20 лет — годы службы не учитываются при назначении пенсии.

Таких, как Елизавета Тамашевич, Виктория Петровна и Иван Снитко, по всей стране набралось в 2015 году, по данным Минтруда, около тысячи человек. Они достигли пенсионного возраста, но выйти на пенсию не смогли. Остались без какого-либо дохода и с перспективой через пять лет получить социальную пенсию. Она выплачивается в Беларуси женщинам с 60-ти лет, мужчинам — с 65-ти и равна половине бюджета прожиточного минимума. Сегодня это меньше 100 рублей.

Борьба за право на пенсию

Правозащитники забили тревогу: как такое возможно в социальном государстве?

— Все эти люди работали и платили взносы, кто-то больше лет, кто-то меньше, но вышло, что их страховой стаж просто пропал, — говорит Дмитрий Черных, координатор юридических программ Белорусского Хельсинкского комитета. — Почему бы не назначать пенсии пропорционально тому страховому стажу, который они заработали? Когда у человека не хватает общего трудового стажа, ему назначают пенсию, но несколько меньше, чем при полном стаже. Так и здесь: если человеку не хватает страхового стажа, нужно назначить ему пенсию пропорционально. Пусть она будет меньше, но важно, чтобы была.

Таких комментариев после выхода прошлой статьи на тему пенсионной ловушки мы получили больше 200.

Юристы Белорусского Хельсинкского комитета организовали публичную кампанию, чтобы привлечь внимание властей к этой проблеме.

— Мы обращались в Конституционный суд, Администрацию президента, парламент, Министерство труда и соцзащиты  и настаивали, что новые правила в назначении пенсии противоречат Конституции и международным стандартам, которые приняла Беларусь. Наша страна является участницей международного Пакта о социально-экономических и культурных правах. Там говорится, что нельзя вводить ретроактивные меры, т. е. меры, которые ухудшают положение людей, которые жили по другим правилам и были уверены, что получат право на пенсию, — объясняет Дмитрий Черных.

Судьи встали на сторону действующего законодательства. Люди эти суды проиграли

Возмущенные белорусы, которых лишили права на пенсию, писали жалобы в органы соцзащиты, президенту, депутатам, искали помощи у правозащитников, рассказывали свои истории журналистам.

Бывший бухгалтер Елизавета Тамашевич обращалась в Администрацию президента, звонила на «горячую линию» в Минтруда.

— Мне замминистра труда Валерий Ковальков сказал: «Как это вы дома сидели? Вы что, одна в семье?» А я объясняла, что наша семья сделала такой выбор, я смотрела за мамой, потому что жила с ней в одном городе, а брат — за 30 км. Я приходила к маме, как на работу, с утра до вечера с ней сидела. И сейчас прихожу. А как ее оставишь? Я нигде не получила поддержки. Мне говорили: такой закон и ничего не изменится, мы ничем не можем вам помочь, — рассказывает Елизавета Юрьевна. — Я записалась на прием к депутатам в Палату представителей, но встреча не состоялась, они все были на выезде. А в апреле мне оттуда позвонила специалистка и сказала: потерпите, готовятся какие-то изменения. И я тогда немного успокоилась.

Елизавета Тамашевич съездила к специалистам соцзащиты узнать, сможет ли она после 1 августа претендовать на трудовую пенсию. Ничего конкретного ей не сказали, но подсчитали трудовой и страховой стаж женщины и предположили, что их хватит для получения пенсии. Фото: Виктория Герасимова

Бывший милиционер Иван Снитко тоже искал справедливости в местных и республиканских органах по труду и соцзащите, в Администрации президента, в Совете министров. Везде ему объясняли, что в его ситуации закон соблюден и права на пенсию мужчина не имеет.

Правозащитники же советовали несостоявшимся пенсионерам обращаться в суды и помогали составлять им жалобы на действия комиссий по назначению пенсии.

— Мы надеялись, что судьи, рассматривая эти дела, придут к выводу, что новое законодательство не соответствует Конституции и направят вопрос на рассмотрение Конституционного суда, — говорит Дмитрий Черных. — Но судьи встали на сторону действующего законодательства. Люди эти суды проиграли.

Люди предлагали объединяться и отстаивать свои права на пенсию.

Больше года шла борьба за права пенсионеров. В итоге работа правозащитников и многочисленные жалобы несостоявшихся пенсионеров привели к тому, что в конце июня президент подписал Указ № 233 «О пенсионном обеспечении отдельных категорий граждан». Он вступит в силу 1 августа и, как ожидается, освободит людей из пенсионной ловушки.

Что изменил новый указ?

Указ сократил страховой стаж до десяти лет военным и другим силовикам. Условие — отслужить не меньше десяти лет и заработать общий трудовой стаж 25 лет (для мужчин) и 20 лет (для женщин).

Получается, наш герой Иван Снитко теперь может рассчитывать на трудовую пенсию. Он уже успел накопить 10 лет страхового стажа.

— Я юристам сказал: как указ вступит в силу, беру коньяк, шампанское и приезжаю к ним в гости, — радуется будущий пенсионер, который в свои 62 по-прежнему работает охранником на заводе и пока не решил, уходить ли на заслуженный отдых. — Если здоровье будет позволять, то буду работать. Посмотрим, что там за пенсию мне насчитают. Может, и уволюсь. Будет больше времени с внуками общаться, с женой.

62-летний Иван Снитко пока не знает, сколько ему насчитают пенсии, но рад уже тому, что получит ее в принципе. Фото: Алексей Сипачев

Тем, кто ухаживал за инвалидами и престарелыми, страховой стаж тоже сократили до десяти лет, но при этом подняли общий трудовой. Почти в два раза! До 35 лет для женщин и до 40 лет для мужчин. И в этом юристы и потенциальные пенсионеры уже видят проблему.

— Лишь единицы из тех, кто занимался уходом за инвалидами и престарелыми, смогут насобирать столько лет трудового стажа и получить право на трудовую пенсию, — считает Дмитрий Черных.

Поэтому Елизавета Тамашевич радоваться новому указу не спешит. Она не уверена, что ей хватит общего трудового стажа.

— Наверное, год доработать надо будет. Хотя это уже не 8 лет, и то хорошо, — говорит женщина. — Я еще боюсь верить. Не знаю, получится — не получится. За этот год два раза в больнице лежала. Потому что нервы, и давление, и все на свете. Кому начинаю рассказывать, сразу слезы в три ручья. То ли от обиды, то ли от чего, уже сама не знаю.

А вот Виктория Петровна даже по новому указу права на пенсию не получит. Теперь ей хватает страхового стажа, но недостаточно трудового: у нее 26 лет, а нужный минимум подняли до 35.

— Этот указ сделали для военных и милиционеров, а тех, кто за инвалидами ухаживает, вплели просто, сделали вид, что и о них позаботились, — негодует Виктория Петровна.

Нужно показать чиновникам, что конкретная ситуация у многих людей не решилась

Ее муж работает на нескольких работах, чтобы их семья могла хоть как-то жить.

— Мы очень скромно питаемся, — рассказывает о своей жизни женщина. — Мясо очень редко бывает, в основном кашки разные, капусточка, кефирчик, молоко водой разбавляю, потому что по-другому не могу себе позволить. Я, конечно, не думала, что доживу до такого унижения. Я же тоже работала! И почему сейчас я никто и ничего не заслужила?

Правозащитники призывают пенсионеров не опускать руки, а бороться за свои права. Фото: Алексей Сипачев

Правозащитник Дмитрий Черных согласен с тем, что новый указ по части трудового стажа несправедлив:

— Было бы логично, если бы установили не 35 и 40 лет трудового стажа, а хотя бы 25 и 30. Чуть больше, чем у всех, но заработать его было бы вполне реально.

В Белорусском Хельсинкском комитете считают, что такие важные вопросы, как пенсионное обеспечение, надо регулировать не указами президента, а проводить как изменения в законе через парламент, чтобы была возможность обсуждения этих изменений.

— Но еще очень важно, чтобы люди сами проявляли инициативу и обращались в министерство труда, Администрацию президента, к депутатам с описанием той ситуации, в которой они оказались, — говорит Дмитрий Черных. — Нужно показать чиновникам, что конкретная ситуация у многих людей не решилась. Сотни белорусов по-прежнему находятся в этой пенсионной ловушке и остаются без средств к существованию.

Журнал «Имена» работает на деньги читателей. Вы присылаете 5, 10, 20 рублей, а мы ищем новых героев и делаем новые истории. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен». Нажимайте сюда и выбирайте удобный способ для перевода!

Истории

Не плачь, Диана! Всю сумму на работу нянь для сирот в больницах читатели собрали всего за месяц

Помогаем проекту Няня вместо мамы
Собрано 107 998 из 127 300 рублей
Истории

«Государство всё время наказывает». Как сироте Богдану запретили тратить деньги

Помогаем проекту Детская агроусадьба «Отрада»
Собрано 4573 из 4500 рублей
Истории

Диана-невидимка. В больницах по всей Беларуси плачут малыши-сироты, а взять их на руки некому

Помогаем проекту Няня вместо мамы
Собрано 107 998 из 127 300 рублей
Истории

«Имена» едут в Витебск! Покажем, что чувствуют белорусы, которым не повезло иметь свой дом и крепкое здоровье

Помогаем проекту «Имена»
Собрано 131 000 из 174 000 рублей
Истории

Домик у озера. Как минский архитектор Галина Боярина помогает сиротам искать смысл жизни

Помогаем проекту Детская агроусадьба «Отрада»
Собрано 4573 из 4500 рублей
Истории

О чем лежал художник. Кирилл из Витебска привязал себя к кровати на 135 часов и понял, каково это — быть заложником своего тела

Помогаем проекту «Имена»
Собрано 131 000 из 174 000 рублей
Истории

«Из ног текло так, что я подставляла тазики». Бывшая балетмейстер ставит на ноги больного старика

Помогаем проекту Патронажная служба
Собрано 4919 из 49 288 рублей
Истории

«Мой сын переписывает книги вручную, как монах в Средневековье!» Почему в Беларуси незрячие школьники не обеспечены всеми учебниками

Истории

Еще больше «ИМЕН»! Как читатели влияют на изменения в Беларуси

Помогаем проекту «Имена»
Собрано 131 000 из 174 000 рублей
Истории

«Мне предлагали отказаться от сыновей». Родители в Петрикове сами обустроили домашнюю реанимацию, чтобы сыновья-близнецы могли дышать