Истории

«Из ног текло так, что я подставляла тазики». Бывшая балетмейстер ставит на ноги больного старика

Помогаем проекту Патронажная служба
Собрано 6611 из 49 288 рублей
Помочь

Минчанину Николаю Семеновичу 74. Он не может ходить самостоятельно, а чтобы просто подняться с кровати, тратит полтора часа. Серьезные проблемы со здоровьем у него возникли два года назад: сперва Паркинсон, затем болезнь ног — на них появились язвы, которые вскоре стали незаживающими ранами. В больницах старика почти два года лечили от рожи. Не вылечили. И с гниющими ногами-бочками отправили домой. Первые полтора года все заботы по ежедневному уходу за Николаем Семеновичем лежали на плечах его жены Светланы Николаевны, у которой и собственное здоровье не ахти. Полгода назад на помощь ей пришла бывшая балетмейстер Наталья – сестра Патронажной службы. «Бинты так просто не снять, но в поликлиниках их просто сдирают вместе с «мясом». И всё приходится делать по-новому», — рассказывает Наталья.

У Светланы Николаевны и Николая Семеновича много общего. Они жили в одном городе — Новочеркасске, оба еле уцелели в войну, оба переехали затем в Минск, где и познакомились, у них одна группа крови, а их мам звали Мариями. Они вместе почти полвека, пережили многое, но никогда не думали, что старость будет такой тяжелой.

Молодость, вспоминает Светлана Николаевна, была веселой и шумной. Много путешествовали по СССР. Проехали на велосипедах всю Беларусь. Любили шумные компании, дружили со скульпторами и архитекторами. Светлана работала художником-конструктором на заводе «Орджоникидзе», делала интерьеры в Белгоспроекте. А Николай работал в НИИ ЭВМ разработчиком памяти компьютера.

Напоминание о прошлой жизни — фотографии на стенах. Вот Светлана задумчиво сидит на фоне стены из красного кирпича. Вот она верхом на лошади. А вот молодой Николай прижался к березе. Напоминание же о новой жизни — на книжных полках. Они сплошь заставлены лекарствами.

Светлана Николаевна до сих пор вспоминает о том, как относились к ее мужу в больнице. «Кровати без балканской рамы и каких-либо поручней. А туалеты: ни сесть, ни подняться. Приходится больному падать на унитаз — на уровне плинтуса». Фото: Аркадий Соболев, Имена

Умереть они с Колей могли еще в детстве. Оба — дети войны. Оба пережили страшный голод. Но тогда выжили, а сейчас, когда вроде как в государстве всё есть, выживаемость — под вопросом, вздыхает женщина. Рассказывает, что у родителей Николая было семь детей, и когда началась война, они переселились в землянку. Коля был самым младшим. Когда он родился, знакомые вообще посоветовали родителям утопить сына. Вспоминая об этом сегодня, 74-летний Николай Семенович плачет. Тогда ему удалось избежать смерти благодаря одной-единственной женщине, которая сказала матери: «Не делай этого, он тебя кормить будет». Так и вышло. Николай выжил, и до самой смерти матери каждый месяц высылал ей в Новочеркасск деньги.

— А мне, когда началась война, было три года, и я от голода не могла не то что ходить, а сидеть, — вспоминает и плачет Светлана Николаевна. — Зимой снарядили телегу и везли меня за 20 верст к врачу. По дороге мама все время слушала: живая я или нет. А когда добрались, врач спрашивает: «Чего вы привезли мертвого ребенка? Отправляйтесь, он у вас по дороге помрет». Ехали назад, и мама слушала снова, привезла, раскрыла, собрались офицерские жены, и тут я попросила есть. Все решили, что это я перед смертью прошу. Принесли много еды, кто что мог. Накормили… Мама думала: ну, хоть перед смертью поест. А я выжила, видите…

Основные расходы в семье пенсионеров — лекарства. Светлана Николаевна подсчитала, что с мужем их пенсий не хватает на месяц даже на то, чтобы купить необходимые препараты. Фото: Аркадий Соболев, Имена

«Мы тыкались к врачам, как шелудивые котята»

Она на три года старше мужа. До этого брака был первый, от него у Светланы Николаевны есть сын, но он уже больше двадцати лет живет в США, приезжает редко, да и деньгами помочь не всегда может, богатства в чужой стране не нажил. В последние несколько лет им с мужем стало особенно тяжело.

Когда Николаю Семеновичу было 59, ему сделали первую операцию по замене коленных суставов. Затем на него обрушилась болезнь Паркинсона. А два года назад операцию на коленях повторили и вдобавок заменили тазобедренный сустав. С ногами стало твориться что-то странное. Сначала на них появились небольшие пузырьки, которые взрывались и выплескивали лимфу. А затем пузырьки стали расползаться и превратились в трофические язвы. Раны перекинулись с одной ноги на другую. Николай Семенович практически перестал ходить. Его положили в больницу в отделение гнойной хирургии, но начали лечить… от рожи.  

— У Коли «текли» ноги, — рассказывает Светлана Николаевна. — А его лечили его марганцовкой. От рожи. И так, что сожгли ноги! Ходила я и к заведующей больницы, с кем только ни разговаривала… Три раза ложились, девять недель в больнице провели, но результата никакого.  Когда мы в третий раз приехали в больницу, нам сказали, что его бесполезно лечить, так как это заболевание не лечится, спасти жизнь может только ампутация ног. Мы тыкались к врачам, как шелудивые котята. А нас швыряли и говорили везде: «Только ампутация».

Светлана Николаевна свою жизнь называет емким словосочетанием «хождение по мукам». От одних врачей к другим.  Фото: Аркадий Соболев, Имена

Пенсионерка долго еще ходила по больницам, но ее либо не хотели слушать, либо отправляли к специалистам, у которых она уже была. Флеболог (специалист по заболеванию вен) отправлял к кардиологу, а в кардиологии Николая отказывались принимать. В центре клеточных технологий при Национальной академии наук ей сказали, что Николая нужно положить в гнойную хирургию, откуда он только что вернулся.

— Круг замкнулся, — рассказывает Светлана Николаевна. — Из-за Паркинсона Коля все время падал. Из ног текло так, что я подставляла тазики. Однажды вызвала «скорую помощь». Отвезли его в больницу, где нас встретили те же врачи и спросили: «Чего вы сюда приехали, вам никто новое сердце не вставит».

Нам сказали, что его бесполезно лечить

Долгие мучительные месяцы ноги Николая Семеновича продолжали течь гноем. Каждое утро его жена первым делом помогала подняться ему с кровати. На эту нехитрую вроде операцию уходило полтора часа. Обхватит его шею полотенцем, тащит мужа на себя, упершись ногами в кровать. Потом ведет его в ванную и готовит завтрак. День за днем такой физической нагрузки – и Светлана Николаевна сама стала сдавать. Появилась постоянная боль в коленях, а заняться своим здоровьем некогда при таких-то недугах мужа.

— Часто срываюсь и даже плачу от бессилия, — признается женщина. — Иногда так всё это достанет, что я просто захожу куда-нибудь и вою.

Николай Семенович и Светлана Николаевна познакомились в Минске почти 50 лет назад. С той поры они не разлей вода — живут в одной квартире и никогда не расстаются. Фото: Аркадий Соболев, Имена

Она обращалась в государственные инстанции, просила, чтобы ей помогли в уходе за мужем на дому. Пенсионерке предложили соцработника. Сказали, что максимум, который он сможет для них делать, — несколько раз в неделю ходить в магазин. Но в магазин она и сама могла сходить, ей нужна была медсестра.

Часто срываюсь и даже плачу от бессилия. Иногда так всё это достанет, что я просто захожу куда-нибудь и вою

«Сдирали повязки вместе с кожей»

Помощь пришла неожиданно. И вдруг оказалось, что ноги Николая Степановича не так уж и безнадежны — просто надо подобрать правильное лечение.

— Когда я уже отчаялась, в нашей жизни вдруг появилась Патронажная служба. Моя соседка оставила мне телефон Свято-Елисаветинского монастыря, при котором она работает, — рассказывает Светлана Николаевна.

Сестра патронажной службы Наталья уже полгода по несколько раз в неделю посещает пожилую пару. Раньше она была балетмейстером, 26 лет проработала в хореографических школах Минска и  Минском училище искусств. Но всегда была человеком верующим, и ей хотелось помогать людям. Так она оказалась в Патронажной службе.

Сестра Патронажной службы Наталья — сегодня единственная опора Светланы и Николая. Пенсионеры не представляют без нее жизни. Фото: Аркадий Соболев, Имена

— Когда я впервые разговаривала по телефону со Светланой Николаевной, то услышала ужасное отчаяние, — говорит Наталья. — А первое, что увидела, оказавшись дома у пенсионеров, — тряпки, которыми были обмотаны ноги Николая Семеновича. Они намокли, прилипли к ногам и ужасно пахли. Я начала спрашивать: когда в последний раз сдавали анализы, когда обследовались? Оказалось, что давно. А с таким лимфотоком нельзя жить.

Наталья со Светланой Николаевной стали искать специалистов, которые могли бы обследовать больного пенсионера на дому. Нашли в частном центре. Николай Семенович прошел обследование невролога, кардиолога, флеболога. И ему поставили наконец диагноз — лимфедема (отек мягких тканей, который развивается из-за нарушения оттока жидкости по лимфатическим сосудам. — Прим. Имена).

В поликлиниках и больницах не мочат бинты, а просто сдирают их вместе с «мясом»

Для перевязок пенсионеры используют специальные повязки. «Они безумно дорогие, огромные деньги», — говорит Светлана Николаевна. Одна повязка стоит около трех рублей. А на одну перевязку уходит около пяти таких повязок! Перевязки нужно делать каждый день. Только на одни бинты в месяц уходит порядка 300 рублей. Их покупает Наталья за деньги Патронажной службы. А еще Наталья на 23 февраля подарила Николаю специальную противопролежневую подушку. Теперь с ее помощью пенсионеру будет удобнее сидеть в течение дня. Фото: Аркадий Соболев, Имена

После этого Николая Семеновича стали лечить по-новому. Подобрали антисептическую мазь, после которой у него перестала течь лимфа из ног. Старые бинты  снимает аккуратно, чтобы не повредить новые ткани на ногах Николая.

— Бинты так просто не снять, — объясняет она. — Вы бы видели, как это делают в поликлиниках и больницах. Они не мочат бинты, а просто сдирают их вместе с «мясом». Убивают новую ткань, и всё приходится делать по-новому.

Николай всегда ждет прихода Натальи. «Я мечтаю, чтобы зажили эти раны, — говорит он. — С болезнью Паркинсона можно еще бороться, разрабатывать тело, а вот раны самостоятельно не вылечишь».  Фото: Аркадий Соболев, Имена.

Светлана Николаевна после этих слов не может сдержать эмоций.

— У мужа были трофические язвы, а его лечили марганцовкой и зеленкой и сдирали повязки вместе с кожей. В результате при выписке мы получили кость на пятке и пролежни на спине глубиной в пять сантиметров. Всё это лечим до сих пор. Лечение в копеечку обходится. Пенсия Коли — 350 рублей, моя — чуть меньше. Купили ему специальную кровать — 600 рублей. Лекарства, которые для нас Наташа покупает, очень дорогие, 300-400 рублей за две недели на них уходит, а другие лекарства не помогают. В свое время деньги откладывали. Я работала по вечерам дома, брала халтуру. Клали деньги на книжку, а потом они все сгорели (во время распада СССР. — Прим. Имена). Мама моя умерла, квартира ее осталась в наследство. Продали. И с тех пор хранили эти деньги на «гробовые», очень редко их тратили. А когда Коля заболел, я вызвала юриста, заплатила ему 60 рублей, и все деньги, которые были, сняла. Сейчас мы их проживаем. Я меняю-меняю-меняю…Съедим мы эти последние копейки, а дальше что? Деньги кончаются, а болезни прибавляются. Получается, потратили на лекарства практически все деньги, которые откладывали на похороны. А на что жить?

Жена Николая днями напролет находится возле мужа. Он часто падает. А когда падает, Светлана Николаевна сама пытается его поднять, надрывая спину.  Фото: Аркадий Соболев, Имена

За свой уход сестра милосердия Наталья денег с пенсионеров не берет – ее труд оплачивается из тех средств, которые собрали Патронажной службе читатели журнала «Имена».

— Я делаю всё возможное, но я не волшебник, — вздыхает она. — Сейчас самая важное — улучшить качество жизни Николая Семеновича. Ноги ему уже не так сильно болят, врачи даже разрешили им с женой пожить месяц на даче.

Потратили на лекарства практически все деньги, которые откладывали на похороны

— Я ж еще покупаю лекарства всевозможные, — жалуется пенсионерка. — Сейчас вот из Новочеркасска пришла нужна мазь. 2000 рублей российских за нее отдала. В Беларуси такой нет. Фото: Аркадий Соболев, Имена

Как вы можете помочь

За год работы журнала «Имена» с помощью наших читателей Патронажная служба собрала 25 632 рубля на оплату труда и проезд сестер милосердия, на покупку подушек и матрацев от пролежней, гигиенических средств, бинтов и других расходных материалов, которые нужны для ухода за больными. 

Сбор средств проводился для ухода за 16-ю тяжелобольными и одинокими людьми. За ними ухаживали шесть сестер. Также за это время патронажная служба провела более 40 бесплатных консультаций по уходу для родственников больных, выезжая к ним и домой и в больницы.

Сегодня Патронажная служба готова взять на работу 11 патронажных сестер, чтобы те могли обеспечить уход для 32-х тяжелобольных и одиноких людей. Это в два раза больше, чем в прошлом году. Увеличилась и сумма сбора, ведь труд сестер – это тяжелая работа, которую необходимо оплачивать. Для того, чтобы Патронажная служба могла постоянно помогать пожилым тяжелобольным людям, ей нужно собрать за год 49 185 рублей. Каждый рубль поможет!

Журнал «Имена» работает на деньги читателей. Вы присылаете 5, 10, 20 рублей, а мы ищем новых героев и делаем новые истории. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен». Нажимайте сюда и выбирайте удобный способ для перевода!

Поддержите проект
Патронажная служба
Выберите сумму разового платежа или оформите подписку:
Истории

«Отворачиваются даже друзья». Пять минчан показали, как возвращаются к жизни после психбольниц

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 8493 из 39 468 рублей
Истории

Айтишница из Линово. Как живет и работает девушка, которую не может вылечить ни один врач

Помогаем проекту Фонд «Геном»
Собрано 37 229 из 42 536 рублей
Истории

«Мы тут все уже на грани». Как в Минске спасают людей с психическими заболеваниями

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 8493 из 39 468 рублей
Истории

Гена и героин. Как минский дворник и вчерашний школьник избавились от наркомании

Истории

«Читать доносы всех на всех — вот самое страшное». Как и за что репрессировали людей в Советском Союзе

Истории

Последнее интервью. Как жил и умирал онкологически больной человек, который в старости остался один

Помогаем проекту Патронажная помощь «Шаг навстречу»
Собрано 25 632 из 20 000 рублей
Истории

Пять лет в заточении. Как белорусская пенсионерка в одиночку вытягивает дочку из комы

Помогаем проекту Патронажная помощь «Шаг навстречу»
Собрано 25 632 из 20 000 рублей
Истории

На особом контроле. Минчане с инвалидностью 10 лет доказывают государству, что имеют право быть родителями

Истории

Уйти с завода. Как в Беларуси глухие люди ищут работу

Помогаем проекту Работа для глухих Myfreedom. Connect
Собрано 10 228 из 22 422 рубля
Истории

Как «белорусский Хокинг» научил парализованного парня из Минска управлять компьютером без рук

Помогаем проекту Патронажная помощь «Шаг навстречу»
Собрано 25 632 из 20 000 рублей