Истории

Как бывшие колхозники и рабочие становятся приемными родителями. Чтобы уйти от безработицы

В агрогородке Лыцевичи Вилейского района можно работать в колхозе «Чурлены», на почте, в магазине, котельной или школе. Местные рассказывают, что в колхозе работа в основном — сезонная. Кто-то ездит в соседние деревни, кто-то ищет счастья в Вилейке, кто-то держит корову и продает молоко. Таких немного. Работы на всех не хватает. Что делать? В 2003 году деревенские стали брать на воспитание детей. Приемный родитель — профессия. Со стабильной зарплатой. Семья Девятковых, бывший тракторист и бывшая помощница бригадира, приняла десять ребят. Двоих усыновила. Бывшая помощница воспитателя Елена Лукша с мужем-водителем воспитали пятерых. И даже школа держится на приемных: в некоторых классах половина ребят неместные. Так приемные дети уже 14 лет решают проблему безработицы в Лыцевичах.   

— Раньше в агрогородке был комбикормовый завод, филиал завода «Зенит», где делали бинокли для детей. Потом всё сократилось, и люди остались не у дел, — рассказывает социальный педагог местной школы Татьяна Ивановна Кирибо.

В агрогородке Лыцевичи 345 человек могут работать. С 2014 года 20 семей взяли на воспитание приемных детей. Фото: Александр Васюкович, Имена

В 2003 году в Лыцевичи приехала начальник отдела управления образования из Вилейки и рассказала, что можно создавать приемные семьи. Директор школы предложила сельчанам, которые остались без работы, взять к себе детей. Так всё и началось. За 14 лет 20 семей агрогородка взяли к себе на воспитание социальных сирот. Брали одного, двух, потом еще и еще. Растили до выпускных и принимали новых. Пик пришелся на 2010 год, когда в 15 семьях жило 44 ребенка. В прошлом году в 14 семьях — 30 ребят.  

Приемный родитель — сотрудник отдела образования при райисполкоме. Зарплата 300 рублей. Плюс на каждого ребенка государство каждый месяц выделяет 216 рублей. За каждый рубль семья в любой момент должна отчитаться перед отделом образования. Для этого ведут дневник учета расходов. Также в свободной форме семья записывает наблюдения о том, как ребенок адаптируется в новой семье. Вместе с социальным педагогом составляет план развития семьи: что нужно подкорректировать в поведении ребенка, чтобы он прошел нормальную социализацию в новых условиях. Прежде чем стать приемными, родители собирают справки о здоровье и доходах семьи, характеристики с предыдущего места работы и ходят на специальные курсы к психологу.

Наталья и Иван Девятковы во фруктовом саду, который посадили приемные дети. Девятковы стали примером для агрогородка, когда взяли двух малышей, которых позже усыновили. Всего в семье жило десять приемных детей. Фото: Александр Васюкович, Имена

Иван Девятков: «Был шофером и трактористом, а сейчас работаю родителем»

В 2003 году бездетная пара Наташа и Иван Девятковы взяли из борисовского дома малютки двух малышей, и тем самым подали пример всем Лыцевичам. Наташа — бывшая помощница бригадира, Иван — бывший водитель. Жили счастливо, был достаток, дом и машина. В одно время задумались: своих детей нет, почему бы не подарить любящую семью нуждающемуся в этом ребенку? Прошло 14 лет. За это время Девятковы обогрели десять детей Вилейского района.

— Это Алинкина вишня, а вот эта Ромкина, а вот эта Владика, — приемная мама Наташа показывает нам высокие деревья у входа в двухэтажный дом на несколько семей. — Каждый ребенок, который приходит в нашу семью, садит фруктовое дерево, чтобы увековечить свой приход. Им важно понимать, что их жизнь не случайна, что они нужны.

В детской комнате стоит компьютер с тысячами семейных фотографий. Иван Девятков смущенно сторонится камеры. Рассказывает, что на него сейчас оформлены трое парней.

— Вы смотрели комедию «Иван Васильевич меняет профессию»? — спрашивает полный тезка героя фильма. — Так вот и я сменил профессию. Был шофером и трактористом, а сейчас работаю родителем. Первая в доме появилась Алинка. Ее мы взяли в три годика. Перед сном она постоянно бубнела: мой блатик, мой блатик… Оказалось, у нее есть годовалый братишка Ромка. Его мы тоже забрали к себе. На глазах этих малышей папа убил дедушку, про маму ничего неизвестно. Сейчас отец из тюрьмы пишет Владику письма, спрашивает как дела, рассказывает о «Свидетелях Иеговы». С бабушкой, мамой отца, ребята общались, ездили к ней в гости, но недавно она умерла.

Родители Девятковы, приемные тезки — оба Владики — и усыновленный Ромка в детской комнате. Фото: Александр Васюкович, Имена

— Муж ушел с работы и оформил на ставку еще двоих девочек, — говорит Наталья Девяткова. — В это время первых наших Алину и Рому бабушка отсудила и забрала себе. Мы очень переживали, плакали — привыкли. Потом нам дали еще двоих мальчиков из приюта. В доме стало жить четверо детей. А через восемь месяцев вернулись Алина и Рома, бабушка не справилась. Тогда мы решили, чтобы не потерять их снова, усыновить.

В доме Девятковых сейчас живут трое мальчиков: усыновленный Рома и два Владика. У 13-летнего Владика есть и сестры и братья, но он о них ничего не знает. 14-летнему Владику Соловьеву родной отец сказал: ты ней мой сын, ты мне не нужен. О маме ему напоминают длинные швы на животе. Мама не досмотрела малыша, тот выпал из окна. Собирали парня по косточкам. В семье Девятковых он уже четвертый год.

— Владик к нам прибыл из другой приемной семьи, с ним не могли справиться, — рассказывает Наташа. — Мы уже ждали грозу всей деревни. Оказалось, мальчик очень хороший и послушный. И чего там у них не сложилось, неясно.

Все ребята занимаются в бойцовском клубе «Патриот». Огород копают, на рыбалку с папой ходят.

— Я им говорю: учитесь не только из меня трясти, но и сами зарабатывать, — говорит мама Наташа. — Соседи вчера попросили машину брикета разгрузить, парни согласились. В итоге заработали 30 рублей, половину отдали маме на канцелярские товары, остальное оставили на конфеты.

— Такие хорошие парни, даже лучше, чем девочки, классные! — говорит папа Иван. — И таблетки неврологические пить перестали, наверное, это что-то значит.

Новых детей Девятковы пока брать не планируют: надо этих поднять. Когда дети вырастают, и работа приемными родителями окончена, продолжают общаться и помогать. В семье почти каждый месяц празднуют чей-нибудь день рождения. Юра пошел учиться на спасателя, Алина в педагогический университет — Девятковы собирают сумки. Ирина вышла замуж, родила ребенка — Девятковы помогают делать ремонт в общежитии.

Владику 13. У него есть сестры и братья, как сказали ему родные родители, но он ничего о них не знает. Фото: Александр Васюкович, Имена.

«Вы женщина хорошая, но мы вас всё равно зарежем»

С Татьяной Ивановной Кирибо, школьным социальным педагогом, мы гуляем по улицам Лыцевич. Она то и дело показывает на дома, где рос ребенок, признанный социальным сиротой. У кирпичного дома с железной калиткой встречаем Ольгу Анатольевну. Спрашиваем, как она решила стать приемной мамой.

— Во-первых, была безработица. Во-вторых, мои дочки выросли, пошли учиться, пустой дом стал для меня тяжелой ношей. Я обратилась в местный социально-педагогический центр. Там меня познакомили с 15-летней Ольгой. Она со мной пожила всего год до поступления в училище. Потом была Маша. Пришла ко мне из очень пьющей семьи. Прожила пять лет. Мы с ней пережили все: от беспорядка до воровства. Потом в ее жизнь пришла любовь. Сейчас две девочки стали мамами, мы с ними постоянно перезваниваемся, видимся, они приезжают. Сами живут в арендном доме в Вилейке.

Ольга Анатольевна была приемной для двух девочек — Ольги и Маши. Объясняет, что работы в агрогородке не было. Да и дом стал пустой, когда родные дочки выросли и уехали. Фото: Александр Васюкович, Имена

В нескольких домах от Девятковых живет Елена Лукша со своим мужем-водителем и двумя приемными мальчиками: 13-летним Иваном и двухлетним Ильей. У входа в дом с высоким порогом и тамбуром, где ютится детская коляска, мурлычет серый пушистый кот.

— Я работала в детском саду помощником воспитателя, — говорит Елена. — Знаете, как? Группа заполняется — работа есть. Группы нет — работы тоже нет. Тогда я говорю мужу: слушай, вот Девятковы взяли, почему бы и нам не попробовать? Он меня поддержал. Собрала все документы, директор школы написала рекомендацию.

Такой учет расходов ведет каждая приемная семья. В любой момент руководство отдела образования может проверить данные. Спросить у детей: чем кормили, покупали ли им одежду. Фото: Александр Васюкович, Имена

Так в семье появились первые двое приемных мальчиков. Потом еще двое, Леша и Ксюша — в итоге их усыновила другая семья. А потом Елене поступило предложение, на обдумывание которого было четыре часа:

— Мне позвонила социальный педагог из школы и спросила, смогу ли я взять четырехмесячного мальчика, которого срочно изымают от пьющей одинокой 30-летней матери. Решение нужно было принимать срочно. Или мальчика отправляют в больницу, а потом в приют. Или ему сразу же ищут семью. Пока малыша везли, мы с мужем собрали детскую кроватку. Утром я спрашиваю: это не сон, у нас реально маленький ребенок в доме? Оказалось, что родная мама Ильи родила его, записала на свое имя, дала отчество, а потом стала гулять. Малыш болезненный, простуда одна за одной. У него совсем слабый иммунитет, когда его привезли, то в четыре месяца он весил пять килограмм.

Елена встречалась с родной мамой Илюши на третьем заседании суда, когда женщину лишали родительских прав:

—  Молодая красивая женщина, у которой есть старший сын. Его тоже отобрали по решению суда. Ей не интересны дети, к малышу даже не подошла.

Елена Лукша уже воспитывала приемного Ивана, когда ей предложили взять малыша четырех месяцев. Илюша видит только одним глазом. Фото: Александр Васюкович, Имена

13-летний Иван в приемной семье живет четыре года. Его мама то пьянствовала, то восстанавливалась в правах. Ребенок был то в приюте, то снова дома.

— Я помню, что жил в деревне Долгиново с мамой, — говорит Ваня. — Она работала в свинарнике, зарплата небольшая. У нее были постоянные проблемы с алкоголем. Мама иногда звонит мне, спрашивает, как дела.  

— У нее нет мобильного и домашнего телефона, ходит звонить к соседям, — говорит Елена. — Она не спрашивает ничего у меня, только у сына. В этом году прислала ему первый подарок, конфеты на Новый год. Бывает, звонят ее соседи в пьяном угаре и угрожают: «Вы женщина хорошая, но мы вас зарежем все равно!»Я недоумеваю, меня-то за что?!

Как не дать закрыть школу в деревне

В местной школе учатся 77 ребят. 29 из них — приемные. В школе должно быть не меньше 30 учеников, иначе ее закроют.

— За прошлый год к нам в школу пришло трое ребят, в этом году пока никого, — говорит директор школы Людмила Ивановна Сапун. —  Первую социальную реабилитацию дети проходят в приюте, поэтому нам легче. Приходят разные: и те, кто стоял на учете в инспекции по делам несовершеннолетних за воровство, и неаккуратные, и категорически не желающие жить по новым правилам в новой школе и семье. В данный момент у нас двое деток из приемных учатся по программе вспомогательной школы: дети с пороком сердца, с интеллектуальной недостаточностью, с инвалидностью.

Из шести детей в классе трое — приемные. Фото: Александр Васюкович, Имена

Людмила Ивановна рассуждает про льготы для детей-сирот:

— Знаете, это хорошо и плохо одновременно. Биологические родители — обязанные лица, они должны ежемесячно платить деньги на содержание детей. Бывает, мамы хотят восстановиться в правах, но дети, зная, что им полагается жилье и льготы при поступлении, так и говорят: а зачем нам возвращаться, что нам от этого будет?

— Все-таки нужно поддерживать биологических родителей, помогать им с работой, сохранять семью, — говорит школьный социальный педагог Татьяна Ивановна Кирибо. —  Две девочки, несмотря ни на что, восстановили общение с мамами. По мере возможности даже им помогают. Хотя мужья против.

В 2016 году в Беларуси 3 448 детей забрали у горе-родителей. Большинство таких детей в итоге попадают в семьи. Деревенская семья может потянуть и двоих, и троих, и четверых. От доброго сердца. И еще от того, что водитель, тракторист, помощник бригадира получает меньше или вовсе оказывается не нужен.

Перемена в школе в Лыцевичах. Из 77 учеников 29 — приемные. Фото: Александр Васюкович, Имена

«Имена» работают на деньги читателей. Вы присылаете 5, 10, 20 рублей, а мы делаем новые истории и помогаем еще большему количеству людей. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен». Нажимайте сюда и выбирайте удобный способ для перевода!

Истории

Люди в черном. Как журналист неделю жила в келье мужского монастыря в Юровичах

Истории

Нужно кормить семью. Как мужчины из регионов едут таксовать на Uber

Истории

Мог бы купить яхту, но отливает Дедов Морозов. Философ с MBA пытается наладить «игрушечный» бизнес с инвалидами

Истории

«Мой сын переписывает книги вручную, как монах в Средневековье!» Почему в Беларуси незрячие школьники не обеспечены всеми учебниками

Истории

Всё решили без суда. Как переговорщики-профессионалы помирили ту самую Веру с мамой

Истории

Айтишники работают за 200 рублей — и довольны! Как минский Дворец молодежи вернул подросткам интерес к науке

Истории

Укладывают спать за два часа до уроков и привязывают шарфами к сиденьям. Как дети-инвалиды из деревень ездят на учебу

Истории

«Озорницы» из радиоактивных Светиловичей хотят танцевать. Как живет самая большая белорусская деревня в зоне отселения

Истории

«Впервые в Беларуси решаем такие проблемы!» Издатель Алесь Калоша собирается озвучить учебники для всех слепых детей

Истории

Диана-невидимка. В больницах по всей Беларуси плачут малыши-сироты, а взять их на руки некому

Помогаем проекту Няня вместо мамы
Собрано 7802 из 100 000 рублей