Истории

Безнадёга. Жители Молодечно каждый день наматывают сотни километров в Минск, чтобы прокормить семью

В Молодечно живет 95 тысяч человек. Когда-то город даже был областным центром, а его предприятия гремели на всю страну. Местные говорят, здесь есть все для комфортной жизни. Все, кроме работы. Обещанные 500 долларов большинство в глаза не видели. Хорошо, если удается заработать 500 рублей. Поэтому тысячи людей каждое утро едут в Минск, который хоть и не резиновый, но дает работу медсестрам, строителям, инженерам, водителям, — какие только профессии не встретишь в электричке! С каждым годом разрыв между столицей и провинцией все заметнее. И если ничего не менять, страну ждут серьезные проблемы. 

Мы встретились с тремя молодечненцами, которые вот уже несколько лет каждый день ездят на работу в столицу. Ирина, Елена и Рувим повторяют одну и ту же фразу: «Мы любим свой город, не хотим уезжать». К сожалению, найти в Молодечно работу с достойной зарплатой у них не получилось.

На работу в столицу ездят люди со всех соседних населенных пунктов. Но Молодечно выделяется на их фоне, потому что это один из самых больших городов в стране (16 место по населению) и здесь базируется около 40 крупных предприятий. Однако на многих из них прошли сокращения, переход на 4-дневную рабочую неделю и объявления о банкротстве уже никого не удивляют.

Многие семьи в Молодечно встают в пять утра, чтобы успеть на первую электричку в Минск. Фото: Сергей Лескеть, Имена

По статистике, средняя зарплата в районе — в районе 810 рублей. Но достаточно заглянуть в расчетные листки местных жителей, чтобы понять: до официальных цифр очень далеко — у бухгалтера средняя зарплата 350 рублей, у кассира в банке — 500 рублей, у кассира в магазине — 300 рублей, учитель зарабатывает примерно 400 рублей, рабочий на мебельной фабрике — 700. На убыточных предприятиях, которые «стояли» в этом году, платили по 200 рублей в месяц.

«В Молодечно сегодня хорошо, а завтра плохо»

Рувим Пелькин попал в Молодечно 40 лет назад по распределению. Молодому инженеру предлагали работу в Минске, но он выбрал завод «Спутник», известный тогда на весь Советский союз, здесь производили электронику.

— В начале 90-х завод начал разваливаться. Тогда открылись международные рынки, и оказалось, что наша продукция неконкурентоспособная и дорогая, — вспоминает наш герой. — Был момент, когда руководству предложили сотрудничать с предприятием из Тайваня. Но начались какие-то политизированные фразы типа «Мы с капиталистами не сотрудничаем», «Запад нас завоюет», и на это не согласились. Тогда уже зарплата была слабенькая, обстановка гнетущая. За работу никто не держался.

Скоро будет ровно 10 лет, как Рувим впервые поехал на работу в Минск. Он ценит не только зарплату, но и уважительное отношение в столице: «Там действительно ценят специалистов». Фото: Сергей Лескеть, Имена

После «Спутника» пытался устроиться на мебельную фабрику. Туда многие уходили — знали, что зарплата хорошая. Но Рувима не взяли по возрасту: нужны были работники до 40 лет, а ему было 42. В Беларуси мужчины довольно часто сталкиваются с подобной дискриминацией.

Следующим местом работы нашего героя стало предприятие Белорусского товарищество инвалидов по зрению. Там Рувим стал начальником конструкторско-технологического отдела:

— С самого начала было понятно, что наша продукция неперспективна. Производство держалось на том, что была дешевая рабочая сила и занятость для инвалидов. Собирали розетки, выключатели, патроны. По внешнему виду они были не очень. Сначала продукцию брали, а когда народ стал побогаче, перестали. И мы перешли на 4-дневную рабочую неделю.

Стало понятно, что нужно искать новую работу.

— Когда речь заходила о возрасте, мне говорили «мы вам перезвоним». Так до сих пор и звонят, — улыбается Рувим. —  А потом я прямо на столбе увидел объявление. Их тогда специально возле «Спутника» клеили, потому что знали, какая там ситуация. Искали работников на частное предприятие в Заславле. Оно занималось теплыми полами. Я позвонил, их не смутило, что мне был 51 год. Потом оказалось, что там почти все такие.

Электрички из Молодечно ходят почти каждый час, проездной стоит 50 рублей. Можно добираться и на маршрутке, но это гораздо дороже — до 160 рублей. Некоторые минские предприятия компенсируют проезд работникам из регионов. Фото: Сергей Лескеть, Имена

В Заславле Рувим устроился ведущим технологом в цеху. Зарплата стала в два раза больше, чем у начальника отдела в Молодечно. Но предприятие продержалось недолго — всему виной кризис в России, куда в основном поставляли продукцию. И Рувим снова начал штудировать вакансии. Коллега предложил работать в Минске. С того времени наш герой — начальник бюро на предприятии, которое занимается оборудованием для электроники. Предлагали вернуться в Молодечно, но он отказался.

Отношение к инженеру в Минске уважительное. А в Молодечно считают, что инженер — нахлебник.

— Мы же знаем, как в Молодечно: сегодня хорошо, а завтра плохо, — объясняет Рувим. — А к минскому коллективу я уже привык. И условия хорошие — есть компьютер, кондиционер, микроволновка. Самое главное, отношение к инженеру в Минске очень уважительное. В Молодечно — что на «Спутнике», что у «слепых», — этого не было. Здесь считают, что инженер — это как нахлебник.

Свою роль играют и зарплаты. В Молодечно инженер получает 400 рублей, в Минске за эту же работу — в два раза больше.

— В электричке часто вижу знакомых по «Спутнику». Многие жалуются на работу. Да, если откроешь газету, увидишь, что работу в Молодечно предлагают. Но на такую зарплату никто не пойдет. Лучше потратить больше времени на дорогу в Минск, но получить нормально. Цены же в магазинах и в Минске, и в Молодечно одинаковые, — говорит Рувим. — Я бы с удовольствием работал в Молодечно. Но найти здесь работу с достойной зарплатой, тем более, когда ты уже на пенсии, невозможно. Мне 62.

Фото: Сергей Лескеть, Имена

Мужчина уверен, что вернуть рабочих на заводы возможно только после модернизации производства. На это нужны огромные средства, которых в бюджете нет, и очереди из инвесторов пока не видно. Рувим вспоминает положительный пример Заславля — после переноса туда филиалов минских фирм у местных жителей появилась работа. Но станет ли от этого город более привлекательным для молодежи?

— Мой сын даже не думал возвращаться в Молодечно после учебы, — отмечает Рувим. — Он всегда говорил, что Молодечно — это отстой. И связал свою жизнь с Минском.  

«В скоростной электричке — сплошь медики»

Елена Филистович работает в медицине более 20 лет. Думала, до пенсии будет медсестрой в районной больнице. Но потом уволилось сразу три коллеги, и ей стали ставить дополнительные дежурства. Никто не спрашивал, может она или нет. Приходилось работать с ночи на ночь несколько дней подряд. Зарплата, по словам женщины, оставалась прежней.

— И тогда я поняла, что мне уже не 20 лет, чтобы так работать. Поэтому через три года уволилась и стала ездить на Минск, — рассказывает Елена. — Медиков из Молодечно очень много ездит. Скоростная электричка на 7:11 — это сплошные медики. Со мной в минском отделении 10 человек — молодечненцы. И еще пять санитарок.

По дороге на работу Елена общается со знакомыми или просто читает новости в телефоне. Говорит, что выспаться в поезде ей не удается.  Фото: Сергей Лескеть, Имена

В Молодечно есть свое медучилище, но выпускники не задерживаются в городе: отрабатывают распределение и ищут, где лучше. Информация, где в Минске нужны медсестры, быстро расходится «по своим».

— В Молодечно люди увольняются, потому что очень большая нагрузка, — объясняет наша героиня. — Если я работаю в Минске, то у меня семь человек на посту. Самое большое — десять. В Молодечно — 30 и даже больше. Есть же разница! И представьте, если я прихожу вечером на работу, и мне нужно всем тридцати поставить капельницы. Я уже не в том возрасте, чтобы на себя это брать. Возможно, есть какие-то нормы, сколько больных может быть на одном посту. Я про них не знаю. В Молодечно не хватает персонала, поэтому медсестры завалены работой, им не до норм. Не каждый это выдержит.

Елена говорит, вначале было страшно было ездить в столицу, спонтанно решилась.

— Боялась именно дороги — смогу ли я? А теперь как-то привыкла. В месяц получается 12 дежурств, это ставка с четвертью. Год назад в Молодечно я получала максимум 450 рублей за полторы ставки. В Минске я получаю 650. И нагрузка совсем другая. Если бы мне сейчас предложили работу в родном городе, я бы не согласилось. Я знаю, какие условия тут, а какие там, могу сравнивать. Думаю, медсестры перестали бы ездить, если бы им могли предложить 800-1000 рублей. А теперь в Молодечно нужно работать на две ставки, чтобы иметь 700 рублей.

Дети у Елены уже взрослые — сын в Польше, дочь по распределению после медучилища работает под Радошковичами. Фото: Сергей Лескеть, Имена

Муж и не заметил, что Елена начала ездить на работу в столицу. Для него нет разницы — пропадает жена сутками на дежурствах в Минске или в Молодечно.

— Муж работает на заводе металлоконструкций уже лет 30. Работает на 2/3 ставки, хотя работы практически нет. Ему 59 лет, перед пенсией. На этой неделе поработал три дня и дома сидит. Завод стоит. Ребята помоложе увольняются. А мой уже и в возрасте, и сам по себе нерешительный. Поэтому остался, — говорит женщина.

Съемка — апрель 2018.  Фото: Виктория Герасимова, Имена

Она любит родной город и уверена, что в Молодечно есть все для хорошей жизни. Кроме работы.

— Слишком многое нужно менять в системе здравоохранения, чтобы медсестрам стало комфортно здесь работать. И так в каждой сфере. Без кардинальных перемен не обойтись.

«Даже на 500 рублей работу найти не могу»

У молодых — та же проблема с работой в Молодечно. «Я бы пошла работать хоть куда, если бы мне платили 500 рублей, — говорит 23-летняя Ирина Типко.

Большинство молодых ребят стараются сразу задержаться в Минске, потому что не видят перспектив в родном городе. Фото: Сергей Лескеть, Имена

По образованию Ира — дирижер, окончила местное музучилище. Но после распределения даже не брала в руки инструмент. Говорит, заработать на жизнь музыкой невозможно.

— Меня распределили в Минск, была музыкальным руководителем в детском саду. Как мне работалось? Никак. Когда за день через тебя проходит сотня детей, то вечером ты выходишь, и у тебя начинает дергаться глаз, — вспоминает девушка. — Когда распределение закончилось, я поняла, что не хочу работать с детьми.  

Новая работа нашлась через дорогу от детского сада — Ира устроилась официанткой в ресторан. Денег хватало и на жизнь, и на аренду квартиры. Но работа оказалась тяжелой — постоянно на ногах, спала по три часа. В таком ритме Ирина отработала полтора года. Знакомые предложили должность администратора в кафе.

Ире повезло: ее распределили в Минск, но зарплата в детском саду настолько низкая, что снимать жилье в столице было просто не на что, девушка жила в квартире, которую снимал брат. Фото: Сергей Лескеть, Имена

— Теперь я каждый день езжу на работу из Молодечно, так выходит дешевле. Минимум два часа провожу в дороге — ну и что, некоторые столько же ездят из Уручья. Хотя дорога напрягает. Пока собралась, пока доехала — уже уставшая. Отработаешь, и потом дорога назад — самое сложное. Встаю в 7 утра, ложусь в 3 ночи. Это непросто, но пока так.

Девушка постоянно ищет работу в Молодечно, но не готова работать в школе или детском саду за 300 рублей в месяц.  

— Я пошла бы работать хоть куда, если бы мне платили 500 рублей. Чтобы я просто могла жить. На такие зарплаты я пока не наткнулась. Да, в объявлениях могут писать даже про 600 рублей. Я так звонила насчет работы в колл-центры. Оказалось, что они обещают 250 рублей в первые месяцы, а больше «вы сможете заработать потом». Все на словах. Из того, что я вижу, в Молодечно открываются только парикмахерские и секонд-хенды, которые закрываются через месяц. Куда тогда идти работать?

Фото: Сергей Лескеть, Имена

Как-то Ире предложили пойти продавцом одежды в одном из торговых центров. За рабочий день обещали 10 рублей плюс процент от выручки. На такую зарплату девушка не согласилась.

—  Молодечно — хороший город. Та же вода из-под крана — чистая. Мне здесь спокойно, здесь я дома. Но работы нет. Обидно за город, надо как-то его спасать. Но как? Если хочешь найти работу в общепите, нужно, чтобы открылось новое заведение. Чтобы оно открылась, нужны посетители. А люди мало выбираются куда-то, потому что на это нет денег. Замкнутый круг какой-то!

«Не нужно плакать над заводами, нужно сделать Молодечно культурной столицей»

В том, что Минск как столица притягивает людей и экономически развивается, нет ничего ненормального, это стандартное явление в мировой экономике, говорит экономист и руководитель исследовательского центра CASE Belarus Серж Навродский.

— А вот ненормальное в белорусской ситуации то, что есть дисбаланс в развитии городов. Минск развивается куда быстрее остальных. Первая причина — у нас нет четкой стратегии развития регионов, — отмечает эксперт. — Вторая — в централизации финансов. Все доходы проходят через Минск, где их перераспределяют. Берут у богатых регионов и отдают бедным. В соседней Польше, где уже прошла децентрализация, эта схема давно не работает. Просто взять деньги и отдать их бедному региону — не вариант. Нужно стимулировать его развитие, чтобы он перестал нуждаться в этих подачках.

Съемка — апрель 2018. Фото: Виктория Герасимова, Имена

Первое, что следует сделать в Молодечно и других городах, где местные уезжают на работу в Минск, — изучить рынок труда и составить детальный план его развития.

— Обязательный пункт — стратегия по привлечению инвестиций. Не абстрактные формулировки «привлечь за пятилетку один миллион долларов», а с конкретными секторами, компаниями и суммами, — говорит Навродский. — Дальше — наладить связь местного образования и рынка труда. Администрация должна понимать, какие специальности нужны региону, и в соответствии с этим строить образовательные программы в местных колледжах.

Откуда появиться новым рабочим местам, если крупные предприятия закрываются? Подумать о переквалификации. Одна из ключевых проблем Беларуси сейчас — несоответствие квалификации рабочих требованиям рынка. Если говорить про медицину, то нужно создать условия для переквалификации выпускников медучилища и для того, чтобы они могли начать частную практику. Например, в области косметологии или массажа.

Администрация города может помочь малому и среднему бизнесу в предоставлении помещений. И влиять на развитие большого бизнеса в городе. Например, не размещать в центре города большой супермаркет, а оставить это место для местных малых предприятий.

Молодечно не должен быть промышленным городом, чтобы дать людям возможность заработать

— Не надо зацикливаться на заводах и больших предприятиях. Не стоит считать, что возможности развития и деньги связаны только с большими кампаниями. Это советский подход. Направления городского развития в мире меняются. Хватает возможностей, связанных с социально-культурным развитием. Они тоже притягивают людей и инвестиции, — уверен Серж Навородский. — Фестивали, рестораны и кафе, туризм, экология — это все уже есть в Молодечно, но это как маленькие капельки. Нужно, чтобы каплей было столько, чтобы начался дождь. Пешеходная улица Молодечно, которую местные называют Бродвеем, не используется по полной. Сколько там мест, где можно выпить кофе? Одно-два. Какой турист туда поедет? Его нужно переформатировать, сделать постоянным действующим объектом инфраструктуры. Или другой пример. Кто знает про молодечненский аквапарк? Никто, а он классный, я сам езжу туда с детьми, там нет толпы народа.

С каждым годом разрыв между столицей и провинцией все заметнее. Развивается только Минск, небольшие успехи — в Гродненской области, остальные регионы стагнируют. Если ничего не менять, страну ждет раскол в обществе и масштабные проблемы. Съемка — апрель 2018. Фото: Виктория Герасимова, Имена

То, что какая-то часть горожан будет продолжать ездить на работу в Минск — абсолютно нормально, отмечает эксперт. Для этих людей нужно создать максимально комфортные условия для поездок. Изучить, кто, когда и куда ездит. Пустить больше скоростных электричек.

— Нужно воспринимать это как плюс — наши специалисты востребованы в столице.

Экономист вспоминает опыт других европейских стран. Жители Потсдама ездят на работу в Берлин. И у них, и у молодечненцев одинаковый стимул —  заработать больше, но при этом жить там, где комфортнее. В датском городе Роскилле нет больших предприятий. Его жители ездят на работу в Копенгаген. Зато в Роскилле есть несколько музыкальных фестивалей мирового масштаба, которые собирают миллионы людей со всего мира.

— Молодечно не должен быть промышленным городом, чтобы дать людям возможность зарабатывать. Не нужно плакать по закрытым предприятиям. Нужно переформатировать город и сделать его настоящей культурной столицей, — говорит экономист.

1 сентября в Молодечно состоится первый дискуссийный клуб «Говорит Молодечно». Главный вопрос — как изменить город, чтобы он стал привлекательнее и для местных жителей, и для туристов. Вместе с культурным менеджером Анной Холод участники обсудят концепцию «креативного города» — реально ли сделать таким Молодечно и как могут помочь простые люди. Системные изменения, о которых говорит эксперт Серж Навродский, безусловно важны. Но так же важно действовать самим местным жителям здесь и сейчас.

У вас есть идеи, как менять жизнь в регионах? Давайте расскажем об этом всем белорусам. Пишите на editors@imenamag.by.

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 5, 10, 15 рублей в месяц или делаете разовый платеж, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Истории

Нужно кормить семью. Как мужчины из регионов едут таксовать на Uber

Истории

Мог бы купить яхту, но отливает Дедов Морозов. Философ с MBA пытается наладить «игрушечный» бизнес с инвалидами

Истории

«Экстрасенс сказал, что Ваня будет обычным здоровым ребенком». Почему семьи в регионах не верят в медицину

Помогаем проекту Выездная служба Белорусского детского хосписа
Собрано 30 915 из 26 590 рублей
Истории

«206 человек остались без дома!» Как живет поселок, где разорилось единственное предприятие

Истории

«Нас не надо жалеть, нам нужна работа». Как в Минске слабослышащие ребята стали любимыми кассирами у покупателей

Истории

Ник в западне. Парню не дают учиться там, где он хочет — врачи лишили его выбора

Истории

Беларусь одинокая. Как Валя и Толик из глубинки годами живут ради близких, до которых никому больше нет дела

Помогаем проекту Патронажная служба в регионах
Собрано 3028 из 114 886 рублей
Истории

«Островец — свету конец». Как люди меняют город возле АЭС и меняются сами

Истории

Как бывшие колхозники и рабочие становятся приемными родителями. Чтобы уйти от безработицы

Истории

«Мы тут все уже на грани». Как в Минске спасают людей с психическими заболеваниями

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 13 017 из 39 468 рублей