Истории

Мог бы купить яхту, но отливает Дедов Морозов. Философ с MBA пытается наладить «игрушечный» бизнес с инвалидами

Фабрика «Грай» — единственная в Беларуси, где делают елочные игрушки. Там трудится 40 человек, 28 из которых — люди с ограниченными возможностями. Директор фабрики Андрей Бегун так и планировал, что работать будет в основном с инвалидами. Это выгодно — работодатель получает льготы. При этом производство игрушек не требует квалификации и особых знаний. Удобно для людей с инвалидностью, которые больше не могут работать по своей специальности. Андрей ожидал, что будет много желающих — инвалидам же трудно найти работу. Парадокс! Фабрике елочных игрушек не везет с толковыми сотрудниками, а конкуренция огромная. Вот уже два года почти каждый день директор предприятия тратит на поиски кадров от одного до нескольких часов. И уже изрядно от этого устал.

Раньше Андрей Бегун много путешествовал. Посетил 53 страны. Новая Зеландия, Конго, Зимбабве, Руанда, Индонезия. И отовсюду привозил елочные игрушки. Коллекция набралась внушительная — 1000 экземпляров. В 2014 году на площадях Национального исторического музея Андрей организовал Музей елочных игрушек. Коллекцию можно увидеть зимой, и каждую зиму она меняет место. В этом году Музей — в торговом центре Galleria Minsk.

— Посетители раньше всё время спрашивали: «А где наши, белорусские игрушки?». Таких не было, — рассказывает Андрей.

По образованию Андрей — философ. Закончил аспирантуру на философском факультете БГТУ. Потом ушел в бизнес: получил MBA, занимался проектированием телекоммуникаций. Когда Андрей открывал музей, в строительной сфере начинался кризис. Да и работа не приносила удовольствия.

В помещении, где делают гипсовые фигурки, всё покрыто тонким слоем белой пыли. Дмитрий — инвалид 3 группы. Ему 43 года, живет с матерью. Получает пенсию по инвалидности — 150 рублей. Делает 30 гипсовых фигурок каждый день и зарабатывает 300 рублей. Директор Андрей Бегун говорит, что у Дмитрия есть возможность зарабатывать больше: ускориться, уменьшить число перекуров и перерывов, задержаться на работе. «Вопрос — готов ли на это Дмитрий?» — говорит директор. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

Два года назад Андрей начал сам производить игрушки. Открыл предприятие — фабрику «Грай», арендовал помещение, нанял несколько человек. Закупали за границей стеклянные шары и расписывали их. В славянских и советских традициях:

— У меня в детстве не было Санта-Клауса, эльфов и оленей. Был Дед Мороз, советские елки, ежики и зайцы. И я захотел вернуть нашим людям наше, — говорит бизнесмен. Но чтобы быть в ногу со временем, оленей на фабрике тоже делают. И даже фигурки «ждунов».

Количество работников фабрики увеличилось до 40 за два года. 28 из них — инвалиды. Рабочий получает около 300 рублей, художники и мастера — больше. Зарплата зависит от выработки и квалификации. «Один сотрудник в месяц заработал 300 рублей. Второй — 850. Делали они одно и то же, просто с разной производительностью», — говорит Андрей. 

Гипсовые фигурки делают вручную от начала и до конца. Сначала рисунок, потом пластилиновая фигурка, затем пластиковая форма, на основе которой делают силиконовую, которую переводят в кожаную. Уже в эту форму заливают раствор гипса и вручную крутят с определенной скоростью, пока она не приобретет нужную концентрацию. Затем кожу снимают — и фигурки ставят сохнуть. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

Шесть месяцев — и до свидания

Фабрика елочных игрушек «Грай» — это четыре больших помещения производственно-административного здания в центре Минска. Почти все помещения — просторные, светлые, больше похожи на советские офисы, чем на производственные цеха. За этот год фабрика выпустила 75 000 игрушек. Игрушки делают вручную. 

Начало начал производства — помещение, где делают гипсовые фигурки. Здесь всё покрыто тонким слоем белой пыли. Гипс смешивают с водой, полученный раствор заливают в специальную форму и крутят несколько минут до «готовности». Технологию придумали и отработали сами. Чтобы фигурка правильно отлилась, нужна оптимальная скорость вращения, идеальный угол наклона. Даже смастерили станок по «кручению». Но вручную получается быстрее и качественнее.

Дмитрий «крутит» гипсовые фигурки лучше всех на предприятии. Даже лучше, чем специальный станок, который работники фабрики изобрели сами. Фотография: Александр Васюкович, «Имена»

Уже год эту работу выполняет Дмитрий. Он — инвалид третьей группы. 12 лет назад работал на фабрике по пошиву обуви и подрабатывал автослесарем. Однажды ему на руку упал мотор. С тех пор на правой руке вместо пяти пальцев — три. С основной работы пришлось уйти, а вот автослесарем проработал еще десять лет, пока не закрылась фирма. Биржа труда направила Дмитрия на предприятие по оказанию ритуальных услуг по программе трудовой адаптации инвалидов. Там он проработал год. Потом его уволили:  

— Наверное, кого-то другого взяли. Им же так выгоднее, — объясняет Дмитирий. Часто люди с инвалидностью не задерживаются долго на одной работе. В чем причина?

С начала 2000-х в стране работает программа трудовой адаптации инвалидов, ее курирует Совет Министров. В нее может включиться любой работодатель: нужно дать заявку и выполнить требования по условиям труда. Программа заинтересовывает работодателей рублем.

Работает это так. Людям с инвалидностью от шести первых месяцев до года зарплату платит не работодатель, а государство. И понятно, почему. Инвалидам, как правило, приходится работать не по специальности, учиться всему заново. Работодателю невыгодно: проще нанять обычного специалиста. А участвуя в этой программе он на долгое время получает «бесплатных» работников, хотя наниматель может и доплачивать. Это помогает снизить себестоимость, можно «играть» с ценами, увеличить прибыль. Людям с инвалидностью тоже хорошо — есть время адапатироваться, спокойно научиться новому. 

В Министерстве труда и социальной защиты Республики Беларусь нам сообщили, что по программе ежегодно трудоустраивают 500-550 человек: «Человек работает в течение года. Даже если до этого он никогда не работал, у него уже будет трудовая пенсия».

Но есть и обратная сторона. Дмитрий рассказал, что с прежним работодателем ему не повезло. Он попал в компанию, которая активно участвует в этой программе, постоянно привлекая новых сотрудников, которым платит государство, и увольняя тех, кому уже надо платить из своего кармана.

Если наши люди считают, что китайский шары лучше, значит, будет у нас на полках китайский товар

На фабрике «Грай» об этой программе узнали недавно. Рассказали о ней новые сотрудники, которые так работали на других предприятиях. Теперь на фабрике два сотрудника по этой программе. Андрей не сильно рассчитывает на выгоду. Говорит, главное, чтобы эти кадры оказались хорошими. Потому что работы много.

Это Александр. У него инвалидность 3 группы. Он вручную лакирует гипсовые фигурки. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

Новый год круглый год с 9 до 10 утра

Ассортимент фабрики — 400 наименований. Гипсовые елочные игрушки, подсвечники, расписные шары, стеклянные фигурки. Дизайн придумывают сами сотрудники. Самые лучшие модели рождаются во время «мозговых штурмов», в которых участвует директор, технолог и художники. Затем художники делают эскизы и макеты будущих гипсовых фигурок, образцы для рисунков на стеклянных шарах и чертежи для стеклянных игрушек. Искать в интернете идеи запрещено:

— Надо просто вспомнить детство, заглянуть внутрь себя и решение придет! — уверен директор фабрики «Грай».

Упор делают на душевность, красоту и качество. Забытых героев старых новогодних открыток и советские «шишки» теперь можно встретить на расписных игрушках фабрики. Недавно решили возродить Деда Мороза. Для этого нашли старую игрушку, разобрали, изучили. Теперь каждый день «рождается» 10 Дедов Морозов. Делает их Светлана — инвалид третьей группы. Работой довольна. Говорит, главное в ней — хорошее настроение и интерес: «Тут у меня круглый год — Новый год. Я всё время улыбаюсь». И добавляет, что инвалидам выбирать не приходится. На прошлой работе она делала погребальные венки, и настроение было совсем другим. 

Ассортимент фабрики — 400 наименований. Шары, гипсовые фигурки, стеклянные плоские украшение. В этом году самые популярные — гипсовые «ждуны» и «плоские» олени. Купить их можно у входа в Музей елочных игрушек, который сейчас работает в торговом центре Galleria Minsk, а также во всех крупных магазинах Минска. Стоят игрушки в среднем от пяти до девяти рублей. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

На предприятии осваивают необычные технологии. Недавно научились наносить барельефные узоры на стеклянные шары. Освоили технику «фьюзинг», при которой битые кусочки стекла сначала склеивают клеем, а потом плавят при температуре 900 градусов, чтобы получилась цельная игрушка.

Качества и оригинальности недостаточно. Конкурировать маленькому предприятию, где работают люди с инвалидностью, приходится с мировыми гигантами. 

Андрей Бегун говорит, что не видит семью: с 9:00 до 22:00 круглый год занят работой. Придумать что-то и произвести — полдела. Надо всё продать. В этом году игрушки «Грай» можно найти во всех крупных гипермаркетах и универмагах Минска. Однако войти в них было трудно. В наших магазинах привыкли к многообразию стеклянных шаров, раскрашенных одним цветом. Игрушки фабрики «Грай» сильно от них отличаются: на стеклянных шарах — рисунки и лепнина, много фигурных изделий из гипса. Предугадать спрос оказалось невозможно.

Нина уже три месяца упаковывает на фабрике игрушки. Она одна из двух сотрудиков, что работают по программе адаптации. Раньше работала аэрогрофистом: разрисовывала отделочную плитку. Год назад из-за бытовой травмы стала инвалидом по зрению. С работы пришлось уйти. Был шок, страх, много слез. Но через биржу труда быстро нашла работу на фабрике игрушек. Работа нравится и скучать не приходится: заказы разноплановые, не успевают надоесть. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

— Нашей продукции могло бы быть больше, — говорит Андрей. — Но если наши люди считают, что китайский шары лучше, значит, будет у нас на полках китайский товар.

При этом белорусский рынок мал и насыщен конкурентами. Выход нашли — экспорт. Уже поехала первая партия белорусских игрушек в Литву, скоро начнется плотная работа с Россией. Работники фабрики собираются на специальную выставку в Москву, хотят попасть на главную международную выставку игрушек и подарков Christmasworld во Франкфурте.

Как-то на собеседование приходила девушка

с художественным образованием, которой запрещено работать с красками

Рынок елочных игрушек в мире работает так: в начале года производители  и заказчики встречаются, заключают договора и начинают работать. Производители планируют и объемы, и расходы. Уверены в завтрашнем днем. На фабрике «Грай» планировать не могут и не уверены ни в чем:

— Только в феврале мы узнаем, получилось ли выйти хотя бы в ноль. Про прибыль не думаю — вряд ли это вообще возможно, — сетует Андрей.

Этот год фабрика работала без остановки. А поступлений денег не было. Весь товар лежит в магазинах — на условиях реализации. Это значит, что если игрушки не купят, их вернут на фабрику.

Этих оленей сделал Дмитрий. Дмитрий не захотел фотографироваться. Когда-то он был фотографом. Но пять лет назад ему на ногу упал мотоцикл. Травма была серьезной, Дмитрий стал инвалидом третьей группы и работать фотографом больше не смог. Переехал из другого города в Минск, чтобы быть ближе к маме. «Мне повезло, что меня взяли на работу. Знаете, как трудно инвалидам найти работу. Это почти невозможно. Здоровому человеку, не пожилому, непросто сейчас, а что уже говорить про инвалидов». Себя он называет «инвалид с неограниченными возможностями», работает на фабрике три месяца. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

«Я думал, ко мне очереди выстроятся. Ничего подобного!» 

На предприятии работает 70% инвалидов, поэтому продукция фабрики «Грай» не облагается НДС. Это сразу снижает цену игрушки на 20%. Есть также льготы по аренде помещений, которые принадлежат государству. И все трудности были бы мелочами жизни, будь на фабрике хорошая команда. Но за два года собрать ее не удалось.

На 1 октября в стране насчитывалось 562,8 тысячи инвалидов, 182 тысячи из которых — трудоспособного возраста. Однако работают не больше трети из них. Работники Дмитрий и Светлана говорят, что найти работу инвалиду очень трудно. Как правило, предприятия просто не хотят связываться.

Андрей не удивлен. Сам не единожды попадал в ситуации, когда спасал его только случай и внимательное изучение диагнозов кандидатов на работу. Например, однажды почти взяли на работу человека с эпилепсией. Потом узнали, что если у него случится приступ, и он ударится о край стола, виновато будет предприятие — не создало определенные условия. А как-то на собеседование приходила девушка с художественным образованием, которой запрещено работать с красками.

На фабрике возникла идея возродить Дедов Морозов. Взяли старого советского Деда Мороза, разобрали, всё изучили. Теперь делают сами. Лицо отливают из гипса в специальной форме, затем художники его разукрашивают. На досточку закрепляют основание в виде конуса. Затем на конус надевают одежду, внутрь вставляют проволоку, которая помогает удержать варежки, набивают внутрь синтипон. Дед Мороз почти готов. Посохи принесут позже: теперь эти палочки закупают, а раньше их тоже делали сами. На фабрике мечтают возродить и Снегурочек. Но пока не получается нарисовать лицо: все варианты похожи на принцесс из диснеевских мультиков, но никак не на Снегурочку. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

— Не каждый признается во время разговора, что с ним. И я их понимаю, — говорит Андрей. — Люди хотят найти свою нишу. Но если я возьму человека и не создам ему условия труда, которые прописаны в заключении медико-реабилитационной экспертной комиссии, виноват буду я.

А еще желающих работать, к удивлению Андрея, не так уж много:

— Я думал, ко мне очереди выстроятся. Ничего подобного!

Предприятие ищет кадры через службы занятости всех районов Минска. Поскольку работа не требует высокой  квалификации, фабрике «Грай» предлагают всех. Каждый день — по несколько звонков. Потом — собеседования. Одно собеседование может длиться несколько часов. Приходят разные люди, с разными диагнозами, с разными жизненными историями. Многие из них не могут найти работу уже несколько лет. Большую часть времени проводят дома, кое-как выживают на пенсию по инвалидности. И зачастую изрядно соскучились по живому общению. Находят собеседника в Андрее:

— Я вижу, как этим людям тяжело. Они закрыты в четырех стенах, и часто им просто хочется выговориться. Я слушаю, участвую в разговоре. Это и мне помогает понять человека, чтобы сделать правильный выбор.

Раньше фабрика искала людей сама: давали объявления на сайты по поиску работы. Почти никто не звонил. Теперь предприятие ищет кадры на биржах труда всех районов Минска. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

А выбор надо делать сразу. Инвалидам не положен испытательный срок, поэтому понять человека нужно уже на собеседовании. Критерии отсева: желание работать, понимание, что есть нормы и правила, отсутствие проблем с алкоголем. По этим критериям из 30 человек, как правило, до рабочего места доходит один.

И не всегда задерживается. Часто выясняется, что работать человек всё же не хочет: приходит пообщаться, а про нормы выработки забывает. Часто обнаруживается, что есть и проблемы с алкоголем. Например, нашего героя Дмитрия, пока готовился материал, уволили за регулярные запои.

В Министерстве труда и соцзащиты подтвердили, что такая проблема есть: «Ему (человеку с инвалидностью — примечание редакции) предлагают трудовую адаптацию, и он должен соблюдать трудовую дисциплину: работать опредленное время. А человек не привык. И у нас достаточно случаев, когда люди приходят на адаптацию: месяц, два, три работают — и уходят. Бывает, что нарушают трудовую дисциплину». При этом статистики по оставшимся работать в министерстве нет.

Директор терпит и ищет дальше. Многих работников нужно постоянно контролировать. Чтобы не стоять самому над каждым,  Андрей ставил камеры. Камеры ломались. Андрей жалуется на высокий процент брака игрушек. Андрей точную цифру не называет — уже не считает. Но финансовые потери фабрика несет немалые. Часто ломается и оборудование. Непрерывный поиск людей плюс постоянный контроль над теми, кто уже пришел, забирает много сил:

— Я бы мог купить яхту и путешествовать по миру, но я выбрал работать. Я от этого уже сильно устал, честно. Это какой-то мой крест, и мне его нести… Но всё чаще думаю: зачем?

В последние месяцы Андрей начал делать ставку на профессионалов. Размышялет, что можно отказаться от труда инвалидов и ничего не потерять. Говорит, лучшая выпускница Академии искусств этого года в одиночку заменяет целый отдел. Еще один художник, которого переманили с керамического завода в Радошковичах, выполняет тройную норму:

— Работать с ними проще. Они пришли сюда, потому что хотели. А не от безысходности. Их не нужно контролировать, подгонять и уговаривать, — Андрей размышляет, что если делать игрушек больше, быстрее и качественнее себестоимость снизится и без налоговых льгот, значит… люди с инвалидностью могут оказаться «Граю» не нужны.

Бренд «Грай» означает «ганарымся рэчамі Айчыны». Среди игрушек есть изделия с белорусскими мотивами: шары, украшенные белорусской вышиванкой, стеклянные игрушки, сделанные в технике «фьюзинг» с элементами белорусского орнамента. На всех Дедах Морозах — льняная одежда. Сырье стараются брать у белорусских поставщиков. Но в нашей стране никто не делает стеклянные шары, поэтому их покупают в Украине. И стекло для игрушек в технике «фьюзинг» нужно особое. Его привозят из Москвы. Говорят, доставить такое сырье без боя — серьезная работа. Фото: Александр Васюкович, «Имена»

Андрей Бегун надеется, что такие мысли — от усталости. Что профессионалы есть и среди людей с инвалидностью. И раз уж для предприятия работа с ними — не новость, то продолжать ее стоит:

— С большим трудом я нашел несколько людей с инвалидностью, которые горят работой. Может, через «Имена» удастся найти еще. И мы сможем быть полезны друг другу!  

Присылайте письма и резюме на адрес info@grai.by

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц или делаете разовый платеж, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Истории

Укладывают спать за два часа до уроков и привязывают шарфами к сиденьям. Как дети-инвалиды из деревень ездят на учебу

Истории

Счастливые дворники. Как пятеро человек в семье дворы метут

Истории

«Я не знаю, как выдержать это давление». Татьяну и ее детей насиловал муж, теперь не дает покоя соцслужба

Помогаем проекту Убежище для женщин и детей
Собрано 24 512 из 45 170 рублей
Истории

«Его мозг работает так, как нам и не снилось». Саша из Мозыря поет на 6 языках, хотя много лет не разговаривал вообще

Помогаем проекту Театр для детей с аутизмом
Собрано 18 337 из 58 448 рублей
Истории

«Отворачиваются даже друзья». Пять минчан показали, как возвращаются к жизни после психбольниц

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 13 017 из 39 468 рублей
Истории

«Из ног текло так, что я подставляла тазики». Бывшая балетмейстер ставит на ноги больного старика

Помогаем проекту Патронажная служба
Сбор средств завершен
Истории

Айтишница из Линово. Как живет и работает девушка, которую не может вылечить ни один врач

Помогаем проекту Фонд «Геном»
Собрано 47 072 рубля
Истории

Кому руку? Минский программист создает бесплатные протезы для нуждающихся

Истории

Лишние люди. Как 30-летние Маня и Юра стали жителями дома престарелых

Истории

«Имена» едут в Витебск! Покажем, что чувствуют белорусы, которым не повезло иметь свой дом и крепкое здоровье

Помогаем проекту Имена
Собрано 185 391 из 420 000 рублей