Истории

Прикованная поэтесса. Нина Ковалева 40 лет не может встать, но каждый день к ней приходят жители Горок — записать стихи

Нина Ковалева последний раз выходила из дома 12 лет назад. Из-за тяжелой болезни она не может даже сидеть. Говорит, сейчас болит буквально всё — от макушки до кончиков пальцев. 40 лет она прикована к постели, но всё это время пишет стихи. Для детей и взрослых. На русском и белорусском. Стихотворение рождается внезапно, и поэтесса повторяет его в уме до тех пор, пока не придет человек, который его запишет: соседка, сиделка или волонтеры. «Многие говорили: кому нужны твои стихи? Но даже если моя поэзия поможет одному человеку, стоит писать», — считает она. К 70-летию поэтессы друзья хотят издать новую книгу и собирают для нее деньги краудфандингом!

Поэтесса живет в двухкомнатной квартире в Горках вместе с далекой родственницей Ольгой Александровной, которая приехала к ней из деревни, когда умерли родители. Чтобы был рядом человек, который может открыть дверь, поднести телефон, накормить. В квартире скромно и чисто, из техники — только радио и холодильник на кухне. В доме — тяжелый запах лежачего больного.

*Помочь

Иногда стихи рождаются ночью, приходится зубрить

Нина Дмитриевна не может поднять голову. С кровати видит только стену, потолок и кусочек окна. Едва заметная под толстым пледом, она просит нас подойти поближе и наклониться, чтобы рассмотреть гостей. Голос тихий и мелодичный, как у ребенка.

Нина Ковалева не училась на филфаке и даже не предполагала, что станет поэтессой.

Ольга Александровна старается не оставлять поэтессу одну. Даже ночью спит в той же комнате — вдруг понадобится помощь. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Раньше никогда не писала и не думала, что могу писать. Поэты и писатели были для меня теми, кто только в книгах сидят и не существуют на самом деле, — улыбается она.

Вместе с нами к поэтессе заглянули руководитель литературного объединения местного музея Людмила Дерюжкова и соцработник Людмила Кравцова. Спешат поделиться последними новостями.

— У нас сегодня День здоровья. Горки — молодежный город, на учебу в сельхозакадемию приезжает больше десяти тысяч студентов, — рассказывает Людмила Кравцова. — Летом, конечно, нам без них скучно. Но пенсионеры тоже очень активные. Занимаемся скандинавской ходьбой, ходим в бассейн. Работа у меня просто идеальная, на нее хочется не просто идти, а бежать.   

Сиделка Светлана Ефимовна (в очках) приходит к Нине Дмитриевне каждый день. Убирает в доме, покупает продукты, готовит, следит за гигиеной. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Людмила Дерюжкова говорит, что Горки — это город поэтов. При музее работает литературное объединение, он-то в основном и поддерживает прикованную поэтессу. Людмила приходит к ней каждую субботу. Ставит стульчик возле кровати, берет на колени ноутбук:

— Мне очень легко работать с Ниной Дмитриевной, она очень организована и дисциплинирована. Знает, чего хочет, — говорит руководитель литературного объединения.  

По ее словам, Нина Дмитриевна — поэт-лирик. Но в последнее время пишет обрядовые пьесы, инсценировки — «изюминки» для городских и школьных праздников.

Соседка Надежда заходит к Нине Дмитриевне каждый день — и стихи записать, и по хозяйству помочь. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Есть писатели, которые планы какие-то составляют по темам, по строчкам. У меня такого нет, — рассказывает поэтесса. — Летом могу писать о зиме, зимой — о лете. Или на русском, или на белорусском. Другой раз вижу красивый иней на окне, а не получается написать ничего. Пишу про День Победы. А в День Победы — про любовь.

Стихи рождаются неожиданно, признается поэтесса. Образы сами приходят, и она не знает, откуда. Последний раз ее вывозили из квартиры на коляске 12 лет назад — на презентацию книги.

— Наш мозг, как магнитофонная лента — всё в себя вбирает и записывает. По-видимому всё, что я когда-то видела, то, что люди рассказывали, преображается и в нужную минуту выдается, — признается Нина Ковалева.  

Нина Дмитриевна неспешно диктует новые строчки, а ее помощники записывают слово за словом. Так появились ее последние книги, когда сама поэтесса уже не могла писать. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Сама писать она не может. У родственницы — свои особенности, она записать тоже не может.

— Иногда строчки приходят ночью, и мне приходится не спать и как тому первокласснику — зубрить, зубрить, чтобы когда утром кто-то появится, записал. В будние дни прошу сиделку, а так — приходится соседку Надежду поднимать на ноги. Иногда она побудет у меня часов в девять вечера, что-то запишет. И как только выйдет — у меня конец стиха родится. Звоним: «Беги назад». Прибегает, записывает.

Когда не смогла ходить — пришли стихи

Родилась Нина в 1949 году в деревне Еськовка Дрибинского района. Отец был лесником и сапожником. Сам пошил невесте сапоги к свадьбе. Мать работала в бедном совхозе. Чтобы построить дом, батька два раза ездил на заработки на Донбасс и брал с собой всю семью.

— Запомнила на всю жизнь украинские песни. Какие вечера там были! Мне так запомнилось всё, хоть маленькая была, — говорит она.  

В школе Нина очень любила самодеятельность. И пела, и стихи читала на сцене, и вечера организовывала:

— Окончила десять классов в Дрибине и поехала в Оршу — учиться на ткачиху. Деревенская девочка, я даже не знала, что есть кульпросветучилище в Могилеве, а в Орше — педагогическое и медицинское училище. Приехала мамина кума из Орши и говорит, пусть Нина едет к нам на льнокомбинат. Я и поехала. Отучилась два года, начала работать.

Поэтесса бережно хранит в папках вырезки со своими стихами, дипломы и портреты. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

В 18 лет Нина упала на обледеневшей лестнице на вокзале в Орше. Прокатилась на спине целый пролет. Спина начала болеть, но девушка к врачам не пошла. Уехала работать на теплоходе в Красноярск, потом в Днепропетровск — маляром и штукатуром. Поработала на сквозняках, потягала ведра с раствором, и это усугубило болезнь.

Замужем Нина была, но недолго. О мужчинах не любит говорить. К 21 году у нее развилась сирингомиелия — в спинном мозге образовались полости. Начали отказывать руки, потом — слабеть ноги.

— И всё. Дали вторую нетрудоспособную группу и отправили домой. Болезнь всё время прогрессировала. Родственники возили на обследование в Ленинград. Врачи сказали, что проживу только четыре года. Но я не умерла, я начала развиваться в духовном плане.  

Когда вернулась в деревню, начала записывать со слов бабок-соседок свадебные обряды: как сваты приходят, какие песни поют во время свадьбы, какие частушки. Записала несколько тетрадей.

— Стихи я начала писать в 28 лет. Когда не смогла ходить — пришли стихи. Подружкам читала. Те говорят: «У тебя же хорошие стихи, пошли в газету». Отправила в «Знамя юности», в «Сельскую газету». Оттуда пришли ответы: у вас стихи душевные, но вам нужно поработать над образами в поэтическом отношении.

Раньше Нина Дмитриевна вела дневники. Пока могла писать, фиксировала все события из жизни. Сегодня всё увиденное за жизнь она переводит в стихи. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Но Нина не сдавалась. И у неё неожиданно появился наставник — журналист Роман Ерохин (завотделом культуры в редакции «Советской Белоруссии» — прим. редакции).

— Когда первые стихи послала, Ерохин написал, что в стихах много чего интересного, но нет техники. Приедьте в Минск, поговорим. Я написала, что не хожу. Тогда он взял командировку и приехал сам, давал мне советы и наставления. Потом я посылала ему стихи, он делал замечания. Конечно, злилась на него: «Я ж так хорошо пишу, а он меня всё стегает и стегает». Это он заставил меня писать. И квартиру эту помог получить, — вспоминает Нина Дмитриевна.  

В 1986 году стихи Нины Ковалевой были впервые включены в поэтический сборник. И в этом же году она вместе с родителями переехала в Горки — дали квартиру как начинающему поэту.  

— Я не кончала институтов, не ходила в кружки, до всего дошла сама. И до стихов, и до песен, и до Союза писателей Беларуси, — говорит поэтесса.

Родственница с пониманием относится к таланту поэтессы. Старается во всем ее поддержать. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Творчество в четырех стенах

Нина Дмитриевна просыпается в семь утра. К девяти по рабочим дням приходит сиделка: умывает, переодевает, поворачивает, готовит еду на день.

— Потом мы с Ольгой Александровной моей потихоньку начинаем делать свои дела. Говорю ей: «Не мешай, я начала сочинять. И она тихонечко уходит в другую комнату», — рассказывает поэтесса.

Говорит, что творчество — процесс непредсказуемый. Может не писать полгода. А потом вдруг книга пишется за считанные месяцы:

— Как-то поэт Анатолий Зэков подарил мне книгу детских стихов. Мне ее прочитали, а потом был какой-то толчок. И я начала писать детские стихи, и притом на белорусской мове. За день писала по два, по три стихотворения. Это просто чудо какое-то: три месяца, и была готова книжечка.

У меня своей жизни нет. Моя миссия — помогать людям, спасать их

Нине Дмитриевне звонят и приходят на консультации начинающие поэты. Заходят в гости школьники, студенты. Когда еще могла сидеть, принимала в неделю по два-три класса. Сейчас уже тяжело. Приходят и волонтеры из клуба «Чуткие сердца», убирают, записывают стихи, читают ей книги, перебирают архив.

— Они умницы, беседуем с ними на самые разные темы, — рассказывает она о молодежи. — И что меня особенно радует — они всегда внимательно слушают. Одна девочка мне как-то сказала: «Вот если бы наши родители так с нами по душам разговаривали, было бы легче. А то маме некогда, папе некогда, и мы сами себе предоставлены».

Иногда стихи приходится диктовать по телефону, когда помощники не могут прийти в гости: 

«Якая ты бялюткая 

З заснежаннымі ранкамі, 

З танюткімі Анюткамі, 

З дапытлівымі Янкамі. 

Якая ты прыгожая 

Пад клёнамі зялёнымі,

Хоць стаямі варожымі 

Была ты спепялёная. 

Якая ты імклівая. 

Твая дарога ясная.

Хто скажа: „Несчаслівая“?

Яшчэ якая шчасная». Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Молодым поэтам Нина Дмитриевна говорит: «Если ты меня будешь слушать и не будешь обижаться, то буду тебе помогать».

— А то бывает, только писать начал и всё, загордился, говорит: «Да разве меня править можно?» Объясняю, что в стихотворении должна быть рифма, размер. Говорю им: «Ты свои стихи пой». Мне это очень помогло: когда я начала свои стихи петь, поняла, что такое ритм, размер строчки.  

На стихи Нины Ковалевой написаны около 40 песен. Музыку к некоторым она написала сама. Приглашала специалиста, напевала мелодии, а тот подбирал ноты. Некоторые мелодии написали профессиональные композиторы.

Литературная звезда

Поэтесса вспоминает, как ей говорили: «Зачем ты пишешь? Кому они нужны, твои стихи?» Но Нина Дмитриевна уверена: даже ради одного человека стоит писать:

— Однажды ко мне прибежала женщина, у которой случилось большое горе, и говорит: «Нина Дмитриевна, если бы вы знали, что вы со мной сделали! Я прочитала ваши стихи, и мне стало так хорошо на душе».

«У меня начало болеть всё — от макушки до кончиков пальцев. Врачи приходят, когда позову. И часто меняются терапевты. Только привыкаешь к одному, приезжает другой», — рассказывает поэтесса. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Поэтесса вспоминает, что потом ей писали люди с тяжелыми болезнями. Признавались, что ее стихи помогали выживать. Ради этого, говорит, и стоит жить.

— У меня своей жизни нет. Моя миссия — помогать людям, спасать их. Наверное, когда я думаю о людях, мне это и дает силы. Могу сказать, что я счастливый человек.   

Многие книги Нина Ковалева издала за свои деньги. По рублю откладывала со своей пенсии. А потом дарила книжки детям, студентам и пенсионерам. 
«Судьба счастливая моя!
Дано твоею властью,
На жизнь обиды не тая,
Воспеть чужое счастье».
Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

В Горках Нину Дмитриевну хорошо знают. Несмотря на то, что она прикована к постели, творчество ее работает.

— На Пасху наша Нина Дмитриевна решила сделать подарок детям. За свой счет издала 60 книжек-раскрасок со своими стихами. Рисунки сделали местные художники. Дети их сразу же разобрали, начали читать, раскрашивать, — рассказывает Людмила Дерюжкова. — Ко Дню Победы сделала всем участникам войны в своем доме подарки — по ее просьбе купили что-то из посуды, открытки, цветы. И ветераны до сих пор думают, что это сделала какая-то общественная организация, а не один человек, прикованный к постели.

Уже пять лет в день рождения поэтессы музей устраивает праздник двора возле дома, где живет Нина Ковалева. Приглашают артистов, дети и молодежь читают стихи.

— Люди, особенно старики, которые не так часто куда-то выбираются, ждут праздника с нетерпением. 28 июля собирается весь микрорайон, — рассказывает Людмила Дерюжкова. — А сама Нина Дмитриевна может только слышать праздник из окна.    

Нина Дмитриевна не считает себя одиноким человеком. Она знает, что нужна людям, потому что нужны ее стихи. И чувствует себя счастливой. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Книги Нины Ковалевой издаются практически каждый год. Находятся спонсоры, часть поэтесса издает за свои деньги. Собирает со своей пенсии в 270 рублей.

Для нас она пример, что жить полной жизнью можно даже будучи прикованной к постели

К 70-летию поэтессы друзья хотят издать новую книгу. Впервые в твердом переплете. В сборнике «Як купалi ў купелi» будет несколько разделов, два из которых посвящены малой родине, а также детские стихи и раздел, посвященный народным обрядам.

— Для нас очень важно, чтобы о Нине Ковалевой узнало как можно больше людей. Вот представьте, что вы сутками лежите в постели. У вас всё затекло, всё болит. И каждый день повторяется одно и то же. Где вы найдете в себе силы не брюзжать, не впадать в депрессию? А эта женщина находит. И она не просто не впадает, а еще пишет добрые и светлые стихи, — говорит Людмила Дерюжкова. — Когда читаешь ее стихи, никогда не подумаешь, что их написал человек с инвалидностью. А когда приходишь в гости, то понимаешь, что все твои проблемы — это полная ерунда по сравнению с той судьбой, которая выпала на долю этой женщины. Для нас она литературная звезда и пример, что жить полной жизнью можно даже будучи прикованной к постели.

Как только Нина Ковалева переехала в Горки, к ней сами зашли познакомиться три соседки. С тех пор по-соседски и помогают: что-то приготовить, записать стихотворение, привезти свежих овощей с дачи. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Нина Дмитриевна живет ради своих читателей. Для издания новой книги необходимо собрать 1 500 рублей. Жмите кнопку «Помочь» выше или переходите по ссылке на сайт «Талака». 

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Истории

Одинокий Роналду. Климу из Бобруйска закон запрещает играть в футбол с пацанами

Истории

«Взяли и запретили помочь людям!» В Мингорисполкоме перепутали краудфандинг с попрошайничеством?

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 13 017 из 39 468 рублей
Истории

«Меня называли Анджела Дэвис». Женщина 46 лет руководит колхозом, где у людей зарплата «по пятьсот»

Истории

«Обратилась за помощью — сделали социально опасной». Молодая мама может лишиться дома и ребенка

Истории

Остаться в живых. Почему сотни белорусов вынуждены собирать с миру по нитке на лечение за рубежом?

Помогаем проекту Помощь Тане Овсяниковой (пока в Беларуси нет фондов помощи взрослым)
Собрано 11 213 из 18 000 рублей
Истории

И снова танчики! Десять глухих айтишников из Минска запускают «военный» стартап и хотят завоевать мир

Помогаем проекту Работа для глухих
Собрано 12 427 из 24 595 рублей
Истории

Валерий Павлович с пяти лет живет без своего дома. Бездомный и скульптор из Бреста собирают на обеды тем, кто остался без крова

Помогаем проекту Помощь бездомным
Собрано 13 495 из 75 501 рубль
Истории

Всё решили без суда. Как переговорщики-профессионалы помирили ту самую Веру с мамой

Истории

Зачем нужна колючая морковка. 60 белорусок вяжут шерстяные вещи, чтобы быстрей пробудить к жизни недоношенных детей

Помогаем проекту Рожденные РАНО
Собрано 15 829 из 33 960 рублей
Истории

«У меня теперь каждый день, как Олимпиада». Фристайлистка Ассоль Сливец учит кататься на лыжах детей, которые не могут ходить