Истории

Прикованная поэтесса. Нина Ковалева 40 лет не может встать, но каждый день к ней приходят жители Горок — записать стихи

Нина Ковалева последний раз выходила из дома 12 лет назад. Из-за тяжелой болезни она не может даже сидеть. Говорит, сейчас болит буквально всё — от макушки до кончиков пальцев. 40 лет она прикована к постели, но всё это время пишет стихи. Для детей и взрослых. На русском и белорусском. Стихотворение рождается внезапно, и поэтесса повторяет его в уме до тех пор, пока не придет человек, который его запишет: соседка, сиделка или волонтеры. «Многие говорили: кому нужны твои стихи? Но даже если моя поэзия поможет одному человеку, стоит писать», — считает она. К 70-летию поэтессы друзья хотят издать новую книгу и собирают для нее деньги краудфандингом!

Поэтесса живет в двухкомнатной квартире в Горках вместе с далекой родственницей Ольгой Александровной, которая приехала к ней из деревни, когда умерли родители. Чтобы был рядом человек, который может открыть дверь, поднести телефон, накормить. В квартире скромно и чисто, из техники — только радио и холодильник на кухне. В доме — тяжелый запах лежачего больного.

*Помочь

Иногда стихи рождаются ночью, приходится зубрить

Нина Дмитриевна не может поднять голову. С кровати видит только стену, потолок и кусочек окна. Едва заметная под толстым пледом, она просит нас подойти поближе и наклониться, чтобы рассмотреть гостей. Голос тихий и мелодичный, как у ребенка.

Нина Ковалева не училась на филфаке и даже не предполагала, что станет поэтессой.

Ольга Александровна старается не оставлять поэтессу одну. Даже ночью спит в той же комнате — вдруг понадобится помощь. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Раньше никогда не писала и не думала, что могу писать. Поэты и писатели были для меня теми, кто только в книгах сидят и не существуют на самом деле, — улыбается она.

Вместе с нами к поэтессе заглянули руководитель литературного объединения местного музея Людмила Дерюжкова и соцработник Людмила Кравцова. Спешат поделиться последними новостями.

— У нас сегодня День здоровья. Горки — молодежный город, на учебу в сельхозакадемию приезжает больше десяти тысяч студентов, — рассказывает Людмила Кравцова. — Летом, конечно, нам без них скучно. Но пенсионеры тоже очень активные. Занимаемся скандинавской ходьбой, ходим в бассейн. Работа у меня просто идеальная, на нее хочется не просто идти, а бежать.   

Сиделка Светлана Ефимовна (в очках) приходит к Нине Дмитриевне каждый день. Убирает в доме, покупает продукты, готовит, следит за гигиеной. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Людмила Дерюжкова говорит, что Горки — это город поэтов. При музее работает литературное объединение, он-то в основном и поддерживает прикованную поэтессу. Людмила приходит к ней каждую субботу. Ставит стульчик возле кровати, берет на колени ноутбук:

— Мне очень легко работать с Ниной Дмитриевной, она очень организована и дисциплинирована. Знает, чего хочет, — говорит руководитель литературного объединения.  

По ее словам, Нина Дмитриевна — поэт-лирик. Но в последнее время пишет обрядовые пьесы, инсценировки — «изюминки» для городских и школьных праздников.

Соседка Надежда заходит к Нине Дмитриевне каждый день — и стихи записать, и по хозяйству помочь. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Есть писатели, которые планы какие-то составляют по темам, по строчкам. У меня такого нет, — рассказывает поэтесса. — Летом могу писать о зиме, зимой — о лете. Или на русском, или на белорусском. Другой раз вижу красивый иней на окне, а не получается написать ничего. Пишу про День Победы. А в День Победы — про любовь.

Стихи рождаются неожиданно, признается поэтесса. Образы сами приходят, и она не знает, откуда. Последний раз ее вывозили из квартиры на коляске 12 лет назад — на презентацию книги.

— Наш мозг, как магнитофонная лента — всё в себя вбирает и записывает. По-видимому всё, что я когда-то видела, то, что люди рассказывали, преображается и в нужную минуту выдается, — признается Нина Ковалева.  

Нина Дмитриевна неспешно диктует новые строчки, а ее помощники записывают слово за словом. Так появились ее последние книги, когда сама поэтесса уже не могла писать. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Сама писать она не может. У родственницы — свои особенности, она записать тоже не может.

— Иногда строчки приходят ночью, и мне приходится не спать и как тому первокласснику — зубрить, зубрить, чтобы когда утром кто-то появится, записал. В будние дни прошу сиделку, а так — приходится соседку Надежду поднимать на ноги. Иногда она побудет у меня часов в девять вечера, что-то запишет. И как только выйдет — у меня конец стиха родится. Звоним: «Беги назад». Прибегает, записывает.

Когда не смогла ходить — пришли стихи

Родилась Нина в 1949 году в деревне Еськовка Дрибинского района. Отец был лесником и сапожником. Сам пошил невесте сапоги к свадьбе. Мать работала в бедном совхозе. Чтобы построить дом, батька два раза ездил на заработки на Донбасс и брал с собой всю семью.

— Запомнила на всю жизнь украинские песни. Какие вечера там были! Мне так запомнилось всё, хоть маленькая была, — говорит она.  

В школе Нина очень любила самодеятельность. И пела, и стихи читала на сцене, и вечера организовывала:

— Окончила десять классов в Дрибине и поехала в Оршу — учиться на ткачиху. Деревенская девочка, я даже не знала, что есть кульпросветучилище в Могилеве, а в Орше — педагогическое и медицинское училище. Приехала мамина кума из Орши и говорит, пусть Нина едет к нам на льнокомбинат. Я и поехала. Отучилась два года, начала работать.

Поэтесса бережно хранит в папках вырезки со своими стихами, дипломы и портреты. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

В 18 лет Нина упала на обледеневшей лестнице на вокзале в Орше. Прокатилась на спине целый пролет. Спина начала болеть, но девушка к врачам не пошла. Уехала работать на теплоходе в Красноярск, потом в Днепропетровск — маляром и штукатуром. Поработала на сквозняках, потягала ведра с раствором, и это усугубило болезнь.

Замужем Нина была, но недолго. О мужчинах не любит говорить. К 21 году у нее развилась сирингомиелия — в спинном мозге образовались полости. Начали отказывать руки, потом — слабеть ноги.

— И всё. Дали вторую нетрудоспособную группу и отправили домой. Болезнь всё время прогрессировала. Родственники возили на обследование в Ленинград. Врачи сказали, что проживу только четыре года. Но я не умерла, я начала развиваться в духовном плане.  

Когда вернулась в деревню, начала записывать со слов бабок-соседок свадебные обряды: как сваты приходят, какие песни поют во время свадьбы, какие частушки. Записала несколько тетрадей.

— Стихи я начала писать в 28 лет. Когда не смогла ходить — пришли стихи. Подружкам читала. Те говорят: «У тебя же хорошие стихи, пошли в газету». Отправила в «Знамя юности», в «Сельскую газету». Оттуда пришли ответы: у вас стихи душевные, но вам нужно поработать над образами в поэтическом отношении.

Раньше Нина Дмитриевна вела дневники. Пока могла писать, фиксировала все события из жизни. Сегодня всё увиденное за жизнь она переводит в стихи. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Но Нина не сдавалась. И у неё неожиданно появился наставник — журналист Роман Ерохин (завотделом культуры в редакции «Советской Белоруссии» — прим. редакции).

— Когда первые стихи послала, Ерохин написал, что в стихах много чего интересного, но нет техники. Приедьте в Минск, поговорим. Я написала, что не хожу. Тогда он взял командировку и приехал сам, давал мне советы и наставления. Потом я посылала ему стихи, он делал замечания. Конечно, злилась на него: «Я ж так хорошо пишу, а он меня всё стегает и стегает». Это он заставил меня писать. И квартиру эту помог получить, — вспоминает Нина Дмитриевна.  

В 1986 году стихи Нины Ковалевой были впервые включены в поэтический сборник. И в этом же году она вместе с родителями переехала в Горки — дали квартиру как начинающему поэту.  

— Я не кончала институтов, не ходила в кружки, до всего дошла сама. И до стихов, и до песен, и до Союза писателей Беларуси, — говорит поэтесса.

Родственница с пониманием относится к таланту поэтессы. Старается во всем ее поддержать. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Творчество в четырех стенах

Нина Дмитриевна просыпается в семь утра. К девяти по рабочим дням приходит сиделка: умывает, переодевает, поворачивает, готовит еду на день.

— Потом мы с Ольгой Александровной моей потихоньку начинаем делать свои дела. Говорю ей: «Не мешай, я начала сочинять. И она тихонечко уходит в другую комнату», — рассказывает поэтесса.

Говорит, что творчество — процесс непредсказуемый. Может не писать полгода. А потом вдруг книга пишется за считанные месяцы:

— Как-то поэт Анатолий Зэков подарил мне книгу детских стихов. Мне ее прочитали, а потом был какой-то толчок. И я начала писать детские стихи, и притом на белорусской мове. За день писала по два, по три стихотворения. Это просто чудо какое-то: три месяца, и была готова книжечка.

У меня своей жизни нет. Моя миссия — помогать людям, спасать их

Нине Дмитриевне звонят и приходят на консультации начинающие поэты. Заходят в гости школьники, студенты. Когда еще могла сидеть, принимала в неделю по два-три класса. Сейчас уже тяжело. Приходят и волонтеры из клуба «Чуткие сердца», убирают, записывают стихи, читают ей книги, перебирают архив.

— Они умницы, беседуем с ними на самые разные темы, — рассказывает она о молодежи. — И что меня особенно радует — они всегда внимательно слушают. Одна девочка мне как-то сказала: «Вот если бы наши родители так с нами по душам разговаривали, было бы легче. А то маме некогда, папе некогда, и мы сами себе предоставлены».

Иногда стихи приходится диктовать по телефону, когда помощники не могут прийти в гости: 

«Якая ты бялюткая 

З заснежаннымі ранкамі, 

З танюткімі Анюткамі, 

З дапытлівымі Янкамі. 

Якая ты прыгожая 

Пад клёнамі зялёнымі,

Хоць стаямі варожымі 

Была ты спепялёная. 

Якая ты імклівая. 

Твая дарога ясная.

Хто скажа: „Несчаслівая“?

Яшчэ якая шчасная». Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Молодым поэтам Нина Дмитриевна говорит: «Если ты меня будешь слушать и не будешь обижаться, то буду тебе помогать».

— А то бывает, только писать начал и всё, загордился, говорит: «Да разве меня править можно?» Объясняю, что в стихотворении должна быть рифма, размер. Говорю им: «Ты свои стихи пой». Мне это очень помогло: когда я начала свои стихи петь, поняла, что такое ритм, размер строчки.  

На стихи Нины Ковалевой написаны около 40 песен. Музыку к некоторым она написала сама. Приглашала специалиста, напевала мелодии, а тот подбирал ноты. Некоторые мелодии написали профессиональные композиторы.

Литературная звезда

Поэтесса вспоминает, как ей говорили: «Зачем ты пишешь? Кому они нужны, твои стихи?» Но Нина Дмитриевна уверена: даже ради одного человека стоит писать:

— Однажды ко мне прибежала женщина, у которой случилось большое горе, и говорит: «Нина Дмитриевна, если бы вы знали, что вы со мной сделали! Я прочитала ваши стихи, и мне стало так хорошо на душе».

«У меня начало болеть всё — от макушки до кончиков пальцев. Врачи приходят, когда позову. И часто меняются терапевты. Только привыкаешь к одному, приезжает другой», — рассказывает поэтесса. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Поэтесса вспоминает, что потом ей писали люди с тяжелыми болезнями. Признавались, что ее стихи помогали выживать. Ради этого, говорит, и стоит жить.

— У меня своей жизни нет. Моя миссия — помогать людям, спасать их. Наверное, когда я думаю о людях, мне это и дает силы. Могу сказать, что я счастливый человек.   

Многие книги Нина Ковалева издала за свои деньги. По рублю откладывала со своей пенсии. А потом дарила книжки детям, студентам и пенсионерам. 
«Судьба счастливая моя!
Дано твоею властью,
На жизнь обиды не тая,
Воспеть чужое счастье».
Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

В Горках Нину Дмитриевну хорошо знают. Несмотря на то, что она прикована к постели, творчество ее работает.

— На Пасху наша Нина Дмитриевна решила сделать подарок детям. За свой счет издала 60 книжек-раскрасок со своими стихами. Рисунки сделали местные художники. Дети их сразу же разобрали, начали читать, раскрашивать, — рассказывает Людмила Дерюжкова. — Ко Дню Победы сделала всем участникам войны в своем доме подарки — по ее просьбе купили что-то из посуды, открытки, цветы. И ветераны до сих пор думают, что это сделала какая-то общественная организация, а не один человек, прикованный к постели.

Уже пять лет в день рождения поэтессы музей устраивает праздник двора возле дома, где живет Нина Ковалева. Приглашают артистов, дети и молодежь читают стихи.

— Люди, особенно старики, которые не так часто куда-то выбираются, ждут праздника с нетерпением. 28 июля собирается весь микрорайон, — рассказывает Людмила Дерюжкова. — А сама Нина Дмитриевна может только слышать праздник из окна.    

Нина Дмитриевна не считает себя одиноким человеком. Она знает, что нужна людям, потому что нужны ее стихи. И чувствует себя счастливой. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Книги Нины Ковалевой издаются практически каждый год. Находятся спонсоры, часть поэтесса издает за свои деньги. Собирает со своей пенсии в 270 рублей.

Для нас она пример, что жить полной жизнью можно даже будучи прикованной к постели

К 70-летию поэтессы друзья хотят издать новую книгу. Впервые в твердом переплете. В сборнике «Як купалi ў купелi» будет несколько разделов, два из которых посвящены малой родине, а также детские стихи и раздел, посвященный народным обрядам.

— Для нас очень важно, чтобы о Нине Ковалевой узнало как можно больше людей. Вот представьте, что вы сутками лежите в постели. У вас всё затекло, всё болит. И каждый день повторяется одно и то же. Где вы найдете в себе силы не брюзжать, не впадать в депрессию? А эта женщина находит. И она не просто не впадает, а еще пишет добрые и светлые стихи, — говорит Людмила Дерюжкова. — Когда читаешь ее стихи, никогда не подумаешь, что их написал человек с инвалидностью. А когда приходишь в гости, то понимаешь, что все твои проблемы — это полная ерунда по сравнению с той судьбой, которая выпала на долю этой женщины. Для нас она литературная звезда и пример, что жить полной жизнью можно даже будучи прикованной к постели.

Как только Нина Ковалева переехала в Горки, к ней сами зашли познакомиться три соседки. С тех пор по-соседски и помогают: что-то приготовить, записать стихотворение, привезти свежих овощей с дачи. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

Нина Дмитриевна живет ради своих читателей. Для издания новой книги необходимо собрать 1 500 рублей. Жмите кнопку «Помочь» выше или переходите по ссылке на сайт «Талака». 

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Истории

Одинокий Роналду. Климу из Бобруйска закон запрещает играть в футбол с пацанами

Истории

«Меня называли Анджела Дэвис». Женщина 46 лет руководит колхозом, где у людей зарплата «по пятьсот»

Истории

«Взяли и запретили помочь людям!» В Мингорисполкоме перепутали краудфандинг с попрошайничеством?

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 13 017 из 39 468 рублей
Истории

«Обратилась за помощью — сделали социально опасной». Молодая мама может лишиться дома и ребенка

Истории

Остаться в живых. Почему сотни белорусов вынуждены собирать с миру по нитке на лечение за рубежом?

Помогаем проекту Помощь Тане Овсяниковой (пока в Беларуси нет фондов помощи взрослым)
Собрано 11 213 из 18 000 рублей
Истории

И снова танчики! Десять глухих айтишников из Минска запускают «военный» стартап и хотят завоевать мир

Помогаем проекту Работа для глухих
Собрано 12 427 из 24 595 рублей
Истории

Валерий Павлович с пяти лет живет без своего дома. Бездомный и скульптор из Бреста собирают на обеды тем, кто остался без крова

Помогаем проекту Помощь бездомным
Собрано 13 495 из 75 501 рубль
Истории

Всё решили без суда. Как переговорщики-профессионалы помирили ту самую Веру с мамой

Истории

Зачем нужна колючая морковка. 60 белорусок вяжут шерстяные вещи, чтобы быстрей пробудить к жизни недоношенных детей

Помогаем проекту Рожденные РАНО
Собрано 15 829 из 33 960 рублей
Истории

Спасли и бросили. Целый год за недоношенного Даника боролись только родители. А у Алисы появилась команда врачей

Помогаем проекту Рожденные РАНО
Собрано 28 122 из 37 356 рублей