Герои

«Я вам не Ирочка». Как женщина подняла лесхоз, где теперь тракторист зарабатывает больше директора

Ирина Фадеева — главная лесничая в Логойске. В Беларуси всего три такие женщины. В подчинении у нее — 500 человек, в основном мужчины. Средняя зарплата — тысяча рублей, поэтому в Минск никто особо не рвется. По ночам Ирине шлет смски теплица с елками. А пожар в лесу чуть не сорвал ее свадьбу: позвонили, когда жених и невеста уже заходили в ЗАГС. «В лесном хозяйстве мимо проходящих женщин нет, — уверена наша героиня. — Они действительно преданы своему делу».

Если сравнивать с регалиями военных, Ирина Фадеева — «подполковник лесного хозяйства». Четвертый год она — правая рука директора лесхоза. Ее рабочий день начинается в полвосьмого утра. Нужно провести планерку, подписать бумаги. И — по газам. В Логойском лесхозе больше 110 гектаров леса. Это один из самых больших лесхозов Минской области. И, по словам Ирины, один из самых успешных, благодаря работе всей команды. 

Документы иногда приходится подписывать на ходу. Фото: Виктория Герасимова, Имена

Телефон у нее звонит каждые пять минут. В кабинет заглядывает мужчина:

— Добрага здароўя, прабачце, ці можна я вашага вадзіцеля забяру? Там трэба мяшкі цягаць, а ў мяне плячо баліць.

— Забирай, — машет рукой главная лесничая. — Сама за руль сяду.

«Приехала на каблуках, а оказалась в резиновых сапогах»

Она усаживает нас в Chevrolet Niva, твердо жмет на газ и рассказывает свою историю. Ирине 39 лет, больше 20 она посвятила лесу.  

— Не могу сказать, откуда у меня такая любовь к лесу. Родители никогда с лесным хозяйством не были связаны. Дед вообще был военным, семья жила в военном городке под Полоцком. Но мы жили, считай, в лесу, так что в лесной техникум я пришла не с асфальта.

«Выплывали сами, учились на собственных ошибках», — вспоминает Ирина о первых годах работы. Фото: Виктория Герасимова, Имена

Девушка училась хорошо, и на распределении ей дали на выбор несколько мест. Юношеский максимализм потянул поближе к столице — в Логойский район.   

— Но попала в такую глушь, что не передать. Приехала на каблуках, а оказалась в резиновых сапогах. Сначала было немножко дико, — признается она.  

Ирина приехала работать простым мастером леса. То есть в 17 лет ей предстояло руководить шестью лесниками, в подчинении у каждого из них по 30 человек — водители, лесорубы, трактористы.

— Встретили меня с усмешкой, с какой-то иронией, — вспоминает наша героиня. — Но я с первого момента дала понять, что я не Ирочка, а именно Ирина Константиновна. И меня практически с первого дня восприняли всерьез. Мне кажется, что в свои 17 я рассуждала здраво, потому что в 13 лет осталась без отца, была за главу семьи. Расслабляться было некогда — и тогда, и сейчас.

Через полгода Ирину назначили помощником лесничего, а лесничим стал такой же молодой и активный специалист, как сама девушка. Опыта не было, но они очень хотели сделать лесничество успешным.

Фото: Виктория Герасимова, Имена

Самым страшным для городской девушки оказалась не работа, а деревенский быт. Молодого специалиста поселили в простой деревенской хате.

— Поначалу растопить печку для меня было катастрофой, сидела вся в саже. Развлечений в деревне никаких, воду нужно носить, стирка — возле колонки. То свет пропадет, то дороги заметет. Передвигалась тогда, в основном, на велосипеде. Вот эти первые годы стали, наверное, самыми тяжелыми. Хотелось все бросить, уехать, — признается Ирина.  

Но теперь она даже рада, что прошла через испытания. Говорит, это помогло закалиться. Через девять лет она стала лесничей.

— Я человек постоянства. Если наметила цель — буду идти до конца. Сама себе дала установку: раз уж сюда пришла, то должна добиться результата. Когда я пришла, лесничество было одним из самых худших по всем показателям. А в прошлом году стало лучшим в области.  

Пришлось завоевать авторитет у мужчин, чтобы они себя чувствовали наравне, а где-то — и слабее.

Ирина не считает себя ни феминисткой, ни карьеристкой. Говорит, грандиозных планов не строила, но руководству всегда говорила: «Какой солдат не мечтает стать генералом?»

— Всякое бывало. И матом с мужиками ругаемся. А что вы думаете? К кому-то нужно с кнутом, к кому-то — с пряником. В первую очередь, нужно быть тонким психологом. Кому-то можно немножко показать свою женскую слабость, а кому-то даже видом нельзя дать понять, что он тебя ввел в ступор, — говорит Ирина.  

Супруг не связан с лесным хозяйством, работает в строительной сфере. Ирина смеется, что два человека с лесным образованием — «это катастрофа»:  

— Выходила замуж. Пришли уже в ЗАГС, а мне звонят из МЧС, что у меня лес горит. Нам говорят: «Молодые, пожалуйста, пройдите в зал бракосочетаний». Я стою. Женщина мне на ухо: «Да выйдите вы уже замуж, потом тушите свой лес!»

Фото: Виктория Герасимова, Имена

Лес, конечно, потушили. Если в лесу случается пожар, МЧС сообщает главному лесничему, а тот — организует всю работу по спасению. Лесные пожары, кстати, самые сложные.

Четыре года назад Ирине предложили стать главной лесничей. Тогда — первой в Беларуси.

— Были опасения, конечно, когда предлагали эту должность, но я понимала, что на прежнем месте уже тесно, хочется чего-то более масштабного. Пришлось завоевать авторитет у мужчин, чтобы они себя чувствовали наравне, а где-то — и слабее. Ведь на моем месте сидели только мужчины.

Тракторист может заработать больше директора

— То, что я сделала правильный выбор в профессии, я начала понимать только в осознанном возрасте, — признается наша героиня. — Конечно, в 20 лет нам кажется, что мы очень умные, в 25 лет — вообще гениальные. Но только после 35 лет ты четко понимаешь, в чем твое предназначение. В лесном хозяйстве мимо проходящих женщин нет. Если они здесь, то действительно преданы этому делу.

Хотя на работу Ирина ходит на каблуках, в машине с собой всегда резиновые сапоги — красные. Фото: Виктория Герасимова, Имена

По ее словам, средняя зарплата в лесхозе — 1 000 рублей. Когда Ирина пришла на новую должность, вместе с директором лесхоза решили поменять систему оплаты труда. Заработок привязали к производительности, чтобы стимулировать людей. Теперь рабочие получают за куб валки и транспортировки леса. Время работы при этом неважно.

Зачем ехать в Минск, если тысячу можно заработать здесь? У меня мужики не пьют.

— Сначала было много споров. Были люди, которых устраивала прежняя оплата. Они придут, посидят на пне, покурят, принесут жене 500 рублей. Другие поддержали. Теперь тракторист у нас может получить больше директора. Люди, которые работают на вывозке леса, получают и по 3 000 рублей. И директор не обижается, — не скрывает Ирина. — Ситуация с зарплатой стабильная, и люди держатся. Текучки нет. Зачем ехать в Минск, если эту же тысячу можно заработать здесь? И у меня мужики не пьют вообще. Серьезно. Это стереотип, что в лесном хозяйстве все пьют.

Почти при каждом лесничестве есть служебное жилье для молодых специалистов, чтобы молодежь не убегала. Фото: Виктория Герасимова, Имена

— Мы охотно берем молодежь. Из десяти человек один «огонек» заметишь, из него можно что-то «слепить». Ведь свой человек всегда лучше того, кто приходит со стороны. Вот сейчас в Козырском лесничестве лесничий ушел в отпуск. Его обязанности исполняет молодой специалист, ему 21 год. Если ему это понравится — будет стремиться расти. Но вот моя дочка — ей сейчас восемь лет — говорит, что лесником быть не хочет. Сказала: буду сразу директором лесхоза.

Ирина признается, что в этом году лесхозам выживать стало намного сложнее. В Беларуси отменили экспорт круглой древесины. Лесхозы продают ее только на внутреннем рынке. А рентабельность экспортной продукции гораздо выше. И при этом сохнет сосна, ее нужно вырубать.

— И это не только у нас — проблема мировая. Виноваты вредители — вершинные и шестизубчатые короеды. Они повреждают вершину, и дерево нужно вырубать, чтобы спасти другие. Сосны приходится вырубать все больше, и древесина накапливается. К сожалению, наши концерны и предприятия не в состоянии поглотить эти объемы, — говорит Ирина.

Ирина показывает нам питомник лесхоза. За три года построили современную теплицу, административное здание для рабочих с душевыми, кухней и комнатой отдыха. До этого рабочие переодевались в маленьком деревянном домике. Фото: Виктория Герасимова, Имена

Но первая задача лесхоза — всё-таки  вырастить лес, а потом только вырубить. Чтобы лес стал зрелым, нужно сто лет, поэтому одному поколению это не под силу.

— Это не колхоз — весной посадил, осенью убрал и получил результат. Результат конечный, надеюсь, увидит моя дочка. Внуки — так точно, — улыбается главный лесничий.

Теплица присылает смски по ночам

Но это далеко не всё, чем занимается лесхоз. С декабря со спиленных деревьев начинают собирать шишки, в специальной шишкосушилке готовятся семена. Не соберут шишек — не будет леса.

На 25-ти гектарах питомника — огромные грядки и теплицы с маленькими елочками и сосенками. Их каждую весну высаживают в лесах. Ирина хорошо знает, что и на какой грядке растет.

Фото: Виктория Герасимова, Имена

— Вот это двухлетние елочки, их будут высаживать будущей весной, это — пятилетки, вот это — годовалые сосенки, — показывает Ирина на молоденькую зелень, больше похожую на укроп, чем на будущий лес.

Теплица — особая гордость Ирины. Она самая современная в Беларуси. Есть система климат-контроля, зашторивания, проветривания.

— Теплица присылает мне смски даже ночью. Если становится холодно или жарко, сразу получаю сообщение и направляю сюда дежурного по питомнику.

Фото: Виктория Герасимова, Имена

Оборудование дорогое — более 50 тысяч евро. Но главная лесничая поясняет, что теплица окупит себя через пять лет. Хотя просчитать это непросто — саженцы выращиваются для восстановления лесов, а это богатство, говорит Ирина, трудно оценить только в деньгах.

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 5, 10, 15 рублей в месяц или делаете разовый платеж, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Герои

Ешь. Молись. Люби. Бывший шеф-повар каждый день готовит обеды для 100 минских бездомных

Помогаем проекту Помощь бездомным
Собрано 13 495 из 75 501 рубль
Герои

Куда уходят дети? В другие детдома. 11 сирот в Жодино пакуют чемоданы

Герои

Как бабушка из Пружан в 89 летает на тарзанке и ведет занятия по гимнастике. «Жизнь на пенсии только начинается»

Герои

Иван продавал на улице брелоки, а теперь получает заказы из Америки. Как ИТ-курсы меняют жизнь глухих

Помогаем проекту Работа для глухих
Собрано 12 427 из 24 595 рублей
Герои

Детский сад для бездомных. Как минских бродяг кормят обедами из трех блюд

Помогаем проекту Помощь бездомным
Собрано 13 495 из 75 501 рубль
Герои

Парень из Гомеля был бродягой, а стал менеджером в успешном бизнесе

Помогаем проекту Помощь бездомным
Собрано 13 495 из 75 501 рубль
Герои

«Это победа!» Как программист Леша помог бабушке-ветерану не уехать в психушку

Герои

Везучие «Ангелы». Как балерина и дирижер из Минска ищут пропавших людей

Помогаем проекту Поисково-спасательный отряд «Ангел»
Собрано 60 300 из 81 590 рублей
Герои

Хозяйка сказочного барака. Бабушка Аня раздала свои скульптуры по всему миру, а теперь расписывает дома односельчанам

Герои

«Хочу остановить смерть на дорогах». Бизнесмен из Минска добивается строительства пешеходных мостов через скоростные трассы