Истории

«Озорницы» из радиоактивных Светиловичей хотят танцевать. Как живет самая большая белорусская деревня в зоне отселения

25 лет назад Светиловичи могли захоронить. После аварии на Чернобыльской АЭС деревня попала в зону последующего отселения. Светиловичи спасло то, что это был самый важный населенный пункт Ветковского района: с заводами, пекарней, школой, в том числе музыкальной, и… даже своим аэропортом.  Сюда переселяли людей из соседних, захороненных, деревень. В Светиловичи ехали со всего района, а 2/3 коренного населения решили не покидать малую родину. Несмотря на радиацию, на загрязненную землю. В 90-х деревня неожиданно «заразилась» культурой. Тут 15 кружков, клубов и творческих коллективов. На репетиции приходит не меньше трети всех жителей. Поют народные песни и эстрадные. Танцуют кракавяк и street dance. Играют в театре. Всего в Светиловичах живет 800 человек.     

— Привет, земляки! Очень приятно, Саша! — протягивает руку азербайджанец Джейхун. Все смеются. Его тут любят. Называют «Русом», так проще. А Джейхун любит светиловчан. Говорит, в жизни не встречал людей добрее.  

— Рус, пора переодеваться! — напоминает ему жена Оля, из-за которой он оказался в Светиловичах шесть лет назад. Рус-Джейхун надевает вышиванку:

— Оля, напомни, что я знаю по-белорусски? А, вспомнил: «цыбуля, бульба»!

Через 15 минут Рус будет танцевать белорусский карапет.

Танцевальный коллектив «Свяцілавіцкія гарэзы» репетирует в холле подуставшего Дома культуры. Тут холодно. Но это имеет значение ровно до той минуты, пока Владимировна не берет в руки баян. Эксперт по местным традициям Васильевна проводит последний инструктаж: напоминает, как правильно чередовать пятку и носок. А Петровна смотрит в написанную от руки программу репетиции. Заносит в воздух бубен. Дает отмашку. И понеслась!

«Жывуць у сяле і працуюць тут людзі / Чарнобыля пыл не спалохала іх / І кожны год птушкі вяртаюцца з выраю / Да дому, да гнёздаў сваіх / Свяцілавічы, Свяцілавічы, Свяцілавічы!» Слова из песни, написанной жителями Светиловичей. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

Должны были снести 25 лет назад

До аварии на Чернобыльской АЭС в Светиловичах официально жили 1,5 тысячи человек. По ощущениям сельчан — вдвое больше. Это была самая большая деревня в Ветковском районе и самый большой совхоз. Гордость и экономическая опора региона. Кроме совхоза, в Светиловичах работали три завода (крахмальный, молочный и сельхозхимии), пекарня, школа, в том числе музыкальная, детский сад, интернат, дом культуры, больница, двухэтажный универмаг, комбинат бытового обслуживания. И даже свой аэродром, где приземлялись пассажирские кукурузники из Гомеля — другого транспортного сообщения с деревней не было. После аварии всё изменилось.

От Ветки до Светиловичей — 33 км. По дороге автобус проезжает Побужье, Красный угол, Красный путь, Бартоломеевку, Петуховку. Остановок не делает. Все эти деревни отселены из-за радиации. Находиться на их территории и в лесу нельзя, иначе — штраф. Автобус высаживает редких пассажиров возле двухэтажного серого здания с выгоревшей растяжкой на весь фасад. На ней едва угадывается местный пейзаж — широкая река Беседь и лес вокруг. Здание — бывший универмаг, от которого осталась продуктовая лавка.

Кому сколько наконовано, тот столько и проживет

Идем по улице Ленина, главной. Кажется, водитель пошутил и привез в деревню-бутафорию. По обе стороны дороги стоят дома, но непонятно, живет ли в них кто-то. Чтобы обнаружить жизнь, нужно присмотреться и прислушаться. Лай собаки. Кудахтанье курицы. Нарисованное на заборе яркой краской солнце. Спутниковая тарелка. Забытая в палисаднике детская машинка. Выкрашенные ставни. Стеклопакеты. Живут. Но каждый третий дом — призрак.

В 2017 году в зоне последующего отселения жило 1700 человек. Большинство из них — в агрогородках Светиловичи и Стреличево, остальные в деревнях Лубень, Губоревичи, Крутое и Боровая. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

— Видите пустырь? — спрашивает Олег Иванович Азарченко, председатель местного сельсовета. — Тут стоял крахмальный завод. Только в прошлом году снесли. Строили еще до войны, на совесть. Стены были кирпичные, толстенные — экскаватор еле справился.

Слева от пустыря размером с футбольное поле — кладбище, впереди — водонапорная башня, а напротив — тоже пустырь, но поменьше. Тут когда-то был жилой дом. Об этом напоминает яблоневый сад и торчащий из земли бетонный столб. Наверное, на этом месте был забор. Земля изрезана свежими бороздами. Значит, дом недавно захоронили.

На самом деле, захоронить его должны были намного раньше, еще 25 лет назад. И не только его. Всю деревню. Как это сделали с 59 другими населенными пунктами Ветковского района. Но в Светиловичах — до сих пор 800 человек.

Цезий-137 из земли через корни легко переходит в растения. Растения попадают на стол или идут на корм животным. Мышцы животных тоже накапливают цезий-137. Так или иначе радионуклид оказывается в желудке человека и всасывается. Через дыхательные пути, например, во время сельскохозяйственных работ, цезий тоже поступает в организм, правда в меньшей концентрации. В теле человека цезий-137 накапливается, главным образом, в мышцах и печени, но может поражать любые органы. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

Специальный рецепт для грибов с цезием

— После Чернобыля получили жилье в Малоритах и переехали туда с мужем. Потом муж умер. А я вернулась в свой дом, в Светиловичи. Боюсь ли я радиации? А чего ее бояться. Кому сколько наконовано, тот столько и проживет, — говорит женщина лет 40, которую встречаем у амбаров совхоза.

Первые три года после катастрофы на АЭС власти «тушили пожар» в 30-километровой зоне. В 1989 году проверили другие территории. Десятки населенных пунктов c 1,5 млн населения за пределами 30-километровой зоны тоже были загрязнены. В том числе Ветковский район. В 1992 году деревню Светиловичи определили в категорию «зона последующего отселения». Это значит, что почвы в этой деревне загрязнены цезием-137, и жители Светиловичей должны быть отселены. Жить на этой территории опасно.

— Судьбу каждого населенного пункта решали индивидуально. Учитывали не только потенциальную дозу облучения, степень загрязненности продуктов, но и экономическую целесообразность. Проще говоря, если в деревне был колхоз, то ее могли оставить, несмотря на статус «зона последующего отселения», — объясняет Алексей Нестеренко, глава негосударственного Института радиационной безопасности «Белрад».

— Если бы отселили весь Ветковский район, то пришлось бы выводить из эксплуатации 155 тысяч гектаров земли. В Светиловичах был большой совхоз, много земель и людей. Поэтому деревню решили оставить. По загрязнению радионуклидами и правовому статусу Светиловичи — это «зона последующего отселения». Уровень загрязнения почв цезием-137 находится у отметки — 22-23 Кюри на квадратный километр. Но к статусу деревни относятся мягче, — рассказывает Александр Першко, главный специалист Администрации зоны отселения и отчуждения по Ветковскому району.

Каждый третий дом в Светиловичах — призрак. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

В бытовой постройке рядом с зернохранилищем встречаем троих мужчин. Все они, как выясняется, не коренные. Переехали сюда в 90-е. В те годы власти переселяли в Светиловичи из соседних, подлежащих отселению, деревень всех трудоспособных, которые не захотели переезжать в «чистые» квартиры. Новым жителям выдали служебное жилье — освободившиеся дома:

— Ни разу не пожалел о том, что остался. И на здоровье не жалуюсь. А многие из тех, кто уехал, наоборот, уже на погосте лежат.

— Плохо только, что приватизировать жилье не дают. Говорят, нельзя, потому что агрогородок относится к чернобыльской зоне. Вот ведь как интересно выходит: льгот как у чернобыльцев у нас нет, а приватизировать жилье нельзя, потому что зона.

— А что делать в городе? Тут есть работа. Да и кроме нее есть, чем заняться — рыбалка, грибы.

Гидрометеоролог Валентина Ковалева каждый день подсчитывает уровень воды в реки, наблюдает за осадками и отправляет информацию в Гомель. А еще берет пробы воды и говорит, что Бесядь — самая чистая река в Беларуси. Даже раки завелись. Это потому, что всех заводов, которые раньше загрязняли реку, не стало. Радиация она, конечно, еще есть. Но Валентина Викторовна говорит, что рыбу и раков ловить можно. «Люблю Светиловичи за то, что тут люди дружные. Мы с соседями всё делаем вместе. Если кто-то вышел на улицу и увидел, что сосед копает картошку, то обязательно к нему присоединиться. И просить не надо!» Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

Грибы под закатку в Светиловичах готовят по специальному рецепту. Сначала моют, потом замачивают в очень соленой воде на пару часов. Затем остается 2-3 раза их проварить, сменив воду. Светиловчане верят, что эта процедура выгоняет из грибов 50% радиации. Закатывают не только грибы. Баклажаны. Помидоры. Огурчики. На закатках нужно продержаться до следующего урожая. Особенно, если нет работы.

 — А оно, зараза, зудит — и все равно на репетицию бежишь! Люблю не могу!

Жителям Светилович запрещено ходить в лес, который окружает деревню с трех сторон. Но местные не боятся ни запретов, ни цезия. Собирают в лесу грибы и ягоды. Если попадутся на этом, платят штраф. Та же история с рекой и рыбалкой. Правда за это не штрафуют. Держать коров и пить свежевыжатое молоко жителям Светиловичей тоже не рекомендуется. Иногда к ним приезжают специалисты, которые проверяют молоко и говорят, что оно грязное. Но радиация не пахнет. На вкус не влияет. Не убивает мгновенно. 

— Когда я проходил медкомиссию перед армией, врач проверил уровень радиации у меня в организме и сказал: «Серега, темной ночью тебя можно брать с собой вместо фонарика». Я думаю, это потому, что я тогда ел дичь. В армию меня взяли, — говорит 28-летний Сергей и смеется как человек, рассказавший веселый анекдот. Медкомиссия у жителей Светилович каждый год. Говорят, что в основном врачи не находят у них ничего особенного. Уровень радиации в организме «в пределах нормы». А что давление повышенное — так это у всех.

До недавнего времени в Светиловичах рождалось больше людей, чем умирало. В этом году уже плюс четыре ребенка. В прошлом — плюс 10. В 2015-2016 — по 18. Пятая часть жителей Светиловичей — дети. После школы большинство уезжает учиться в город. Но некоторые возвращаются. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

Сердца четырех

К вечеру центр Светиловичей сильно оживает. Кто-то спешит в «Мираж» — частный магазин с комнатой отдыха, — чтобы обсудить последние новости. Кто-то — в школьный спортзал погонять мяч, а кто-то — на репетицию в Дом культуры. Сегодня четверг — время репетиции танцевального коллектива «Свяцілавіцкія гарэзы».

— Если бы не наш коллектив, я бы из Светиловичей уже уехала в город, — говорит 80-летняя Васильевна и поправляет жемчужные бусы. Десять минут назад она отплясывала «Кокетку». Васильевна — главный эксперт по местным традициям. Если нужно вспомнить, как танцевать каноническую светиловичскую лявониху — спрашивают Васильевну.

— Бывает, разболеешься. Чуть ходишь. А оно, зараза, зудит — и все равно на репетицию бежишь! Люблю не могу! — поддерживает ее Петровна, главная по юмору. Петровна оказалась в Светиловичах, можно сказать, случайно. Двенадцать лет назад приехала в гости к подруге. Так и осталась. «Трындець — моя профессия!» — шутит Петровна. Она профессиональная тамада. В перерывах между шутками, песнями и танцами работает бухгалтером. А вообще уже несколько лет как пенсионерка.

Обычный сельский клуб вырос до таких масштабов благодаря директору Вере Самусевой. На фото она слева с баяном. В 1995 году, когда ей было 26, она стала директором клуба и за 17 лет превратила его в место, куда светиловчане идут и за социализацией, и за досугом. Сейчас Вера в основном отошла от административных дел, но продолжает репетировать. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

В светиловичском Доме культуры, а точнее Центре культуры и досуга, — 15 кружков, клубов и коллективов. Все они — не фикция. Тут реально кипит жизнь. На репетиции приходит не меньше трети всех жителей. Поют народные песни и эстрадные. Танцуют кракавяк и street dance. Играют в театре. Встречаются семьями и ходят в молодежные походы. Сюда приходят дети, подростки, молодежь и пожилые люди. Женщины и мужчины.

— Я постоянно чем-то занята — трое детей, идеи, репетиции, концерты, огород. Не замечаю, как пролетают дни

После того как Светиловичи объявили «зоной последующего отселения» всем, кто жил в деревне до 1991 года, предложили жилье в разных уголках Беларуси. Только треть светиловчан переехали. Кто-то попробовал переехать, но вернулся. Многие остались и отдали свои квартиры детям. «Чистое» жилье выдавали в обмен на «радиационное». Поэтому формально каждый, кто получил квартиру, лишился своего дома в Светиловичах. Люди арендует свои дома у коммунальщиков КЖРУПа — платят повышенную коммуналку и арендную плату.

У жителей Светиловичей есть кое-какие льготы. Касаются они в основном беременных женщин и молодых мам, несовершеннолетних детей и абитуриентов. По закону, беременные женщины могут уйти немного раньше в декрет, а молодым мамам положено повышенное пособие по уходу за ребенком — 150%. Дети бесплатно питаются в школах и отдыхают в санатории один месяц в год. Абитуриенты из зоны последующего отселения при равном количестве баллов имеют преимущество, а на факультеты довузовской подготовки их принимают вне конкурса. Единственная более или менее существенная льгота для работающих в «зоне» — 100%-ная оплата больничного. В прошлом году по чернобыльской программе в каждый дом бесплатно провели природный газ.

Дети Светиловичей готовятся к репетиции. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

В неотселенных деревнях «зоны последующего отселения» можно жить, вести бизнес и сельскохозяйственную деятельность (с соблюдением норм радиационной безопасности). Нельзя заниматься огородом на отчужденных землях, делать закатки из загрязненных даров природы. Купить на аукционе участок земли, чтобы построить дом, тоже нельзя. Но и тут есть исключение — получить участок могут многодетные семьи. В Светиловичах живет 26 семей с тремя и более детьми.

У Ольга Гулиевой и того самого Руса-Джейхуна двое детей:

— Родилась я в деревне Акшинке, недалеко от Светиловичей (этой деревни больше нет — примечание редакции) — как раз в тот год, когда рванул Чернобыль. Потом уехала учиться в Могилевский колледж искусств. Там познакомилась с Наташей, Сергеем и моим Русом. После колледжа год прожила в городе, пробовала там работать. Но поняла, что город — не мое. Мы все вчетвером приехали в Светиловичи. Поженились с разницей в три дня. 

Джейхун Гулиев привык к тому, что в Светиловичах его называют «Рус» настолько, что подумывает о смене имени в паспорте. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

С тех пор как трое молодых людей переехали в Светиловичи (Сергей — местный), их жизнь вертится вокруг Дома культуры. Ольга и Сергей Домасканов руководят кружками, а жена Сергея Наталья — директор Дома:

— Я хоть и родилась в Могилеве, но совершенно не представляю свою жизнь без Светиловичей. Тут я постоянно чем-то занята — трое детей, идеи, репетиции, концерты, огород. Не замечаю, как пролетают дни. И мне это так нравится! — активно жестикулируя, говорит Наталья.

Кроме репетиций молодые люди организуют выездные концерты, дискотеки по пятницам и субботам, походы и массовые деревенские праздники: Масленицу, Купалье, День деревни (25 августа). К празднованию подходят ответственно: придумывают сценарий, готовят концертную программу, устраивают аттракционы, приглашают торговцев. В прошлом году на День деревни даже водяное шоу было.

«К Новому году мы поставили мюзикл „Красная шапочка“. Выступили в Столбуне на фестивале „Ветка Пасожжа“», — говорит Наталья. Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

Выездные концерты — большая мечта Натальи с Сергеем и всех участников поющих и танцующих коллективов. Пару лет назад один из них — «Ля самавара» — побывал с концертом в Австрии. Но в основном в гастрольной программе артистов — соседние деревни. Приглашают часто, но выехать проблематично.

У Дома культуры нет бюджета не только на них, но и на местные праздники. Чтобы что-то организовать внутри деревни, приходится просить деньги у совхоза: бартером — в обмен на концерты. Или скидываться. Светиловичи стоят на самом краю Беларуси, через 18 километров — Россия, и отделены от других белорусских населенных пунктов полосой выселенных деревень. Чтобы доехать хотя бы до Ветки, нужно арендовать машины, а своего транспорта у Дома Культуры нет.

«Радиация? Ничего не знаю. Мы пока в четвертом классе и ее не проходили. Наверное, будем в 5-м классе проходить», — из диалога со школьниками Светиловичей.  Фото: Татьяна Ткачёва, «Имена»

— Приезжайте к нам на масленицу!

— А лучше вообще переезжайте. У нас знаете как хорошо летом!

— У меня кума — городская жительница, в Гомеле живет. Вы бы знали, как она сюда рвется! Говорит, продам свою квартиру, приеду в Светиловичи и дом куплю.

Вероятнее всего, в 2020 году радиационный статус Светиловичей пересмотрят и улучшат. Статусы пересматривают раз в четыре года. Но приватизировать бывшее «радиоактивное» жилье уже никто не сможет. Вероятнее всего, большинство из той сотни школьников, которые сегодня сидят за партами, разъедутся. И будут навещать малую родину летом, по выходным. А цезию-137 понадобится еще 300 лет, чтобы исчезнуть с земли, судьбу которой он так круто изменил.

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц или делаете разовый платеж, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Истории

Строитель Юра из Гродно неожиданно узнал, что он — немец. А через 30 лет бросил работу и стал звонарем, как его дед Рейнгольд!

Истории

Белорусы сжигали архивы. А теперь их дети ходят по кладбищам и осаждают КГБ, чтобы узнать правду

Истории

После Чернобыля. Как выглядят дома, брошенные людьми 31 год назад

Истории

«Бабушка сказала хранить икону и фату. В фату я верю». Фотограф из Витебска сняла 36 женщин, которые всю жизнь берегут свадебные платья

Истории

Как бывшие колхозники и рабочие становятся приемными родителями. Чтобы уйти от безработицы

Истории

Укладывают спать за два часа до уроков и привязывают шарфами к сиденьям. Как дети-инвалиды из деревень ездят на учебу

Истории

«Мы тут все уже на грани». Как в Минске спасают людей с психическими заболеваниями

Помогаем проекту Клубный дом
Собрано 13 017 из 39 468 рублей
Истории

«Имена» едут в Витебск! Покажем, что чувствуют белорусы, которым не повезло иметь свой дом и крепкое здоровье

Помогаем проекту Имена
Собрано 185 391 из 420 000 рублей
Истории

«Государство всё время наказывает». Как сироте Богдану запретили тратить деньги

Помогаем проекту Детская агроусадьба «Отрада»
Сбор средств завершен
Истории

Такого в тюрьмах еще не было. Как один актер изменил жизнь 70 осужденных женщин