Герои

Выживут только любовники. Людмила и Иван решили пожениться через неделю после знакомства — и уже 59 лет вместе

Иван Михайлович и Людмила Станиславовна познакомились в 1959 году в Минске. И с тех пор не расставались. Ей 81. Ему 83. У них две дочери, четыре внука и один правнук. Иван Михайлович пережил несколько инсультов, но благополучно восстанавливается. Супруги вместе делают зарядку, принимают лекарства, следят за дачей недалеко от Вячи и регулярно выбираются на Комаровку. Они знают: «Жизнь — это красота!»   

— Познакомились в 1959 году. В тот день день я должна была идти на свидание с коллегой, — рассказывает Людмила Станиславовна. — Впервые встретились у нас дома, в Минске. Жили мы возле Киевского сквера. Иван Михайлович и моя тетя — из одной деревни. Он вернулся из армии, в Украине служил, и приехал вместе с моей тетей в Минск навестить родственников и знакомых. В тот день я с работы пришла домой — перекусить и переодеться перед свиданием. А тут тетка говорит: «Ты чего Люся не здороваешься с гостем?» С кем здороваться? Никого не вижу. Оглянулась, посмотрела — никого нет. И только спустя пару минут вижу: сидит человек молодой. Я ему говорю: «Здравствуйте, приятно познакомиться». И собралась уходить, а тут этот молодой человек выходит из-за угла и говорит: «А куда вы идете?» А я ему: «А какое ваше дело? Куда мне надо, туда я и иду». А он: «А может, вы меня с собой возьмете?» Я отказала, одеваюсь, а он — за мной. Думаю, ну неудобно, чужой человек. Потом думаю: ладно, хай будет так. Вот так и остался. Ни на какое свидание не пошла.

Вначале молодая семья жила в половине дома отца Людмилы Станиславовны на Сморговском тракте. Потом дом пошел под снос. Взамен дали квартиру на улице Петра Глебки. Квартира чистая, светлая, уютная. Всегда всё на своих местах. Много ковров, газет и фотографий внуков. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Иван Михайлович, Людмила Станиславовна понравилась вам сразу?

— Ничего я ему не понравилась! — перебивает Людмила Станиславовна. — Тут была обоюдная цель. Ему нужна была прописка в Минске. А мне надоело жить с мачехой. Рано утром, до работы, нужно было кур покормить, свиням дать, а потом бегчы на работу. Если мне к бабушке нужно было уезжать, так на неделю рвала траву, чтобы корове было что есци. Я была ведь самая старшая! И мне это страшно надоело уже. Свободы хотелось!

Иван Михайлович смеется в ответ.

Людмила Станиславовна говорит: «Мы когда с Ванечкой сошлись, кто нам помогал? Никто не помогал, ни капельки. Сколько денег подарили на свадьбу — то и расстягивали. Покупали баночку щей и растягивали на два дня». Фото справа: младшая дочь Ирина выходит замуж, отец смотрит на нее.   Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Иван Михайлович работал экспедитором, механиком и бригадиром механиков на фабрике имени М. В. Фрунзе. Там делали пуговицы, потом спецодежду. Сейчас это — «Милавица». Людмила Станиславовна работала бригадиром в картонажном цеху на Минской бисквитной фабрике. Сейчас — «Слодыч».     Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Сколько вы встречались?

— Неделю. Помню, что на диване сидим, а он то ручку на коленку положит, то еще что. А диван скрипучий. А я ему: «Нет, — говорю, четко. — И диван поломанный, и все спят».

Иван Михайлович смеется.

— Он мне через эту неделю говорит: «Выходи за меня». А я ему: «Хорошо». По-моему, так. Я уже точно не помню. До свадьбы не целовались, не. В кино сходили несколько раз. В «Победу» на «Весну на Заречной улице». Вместе мы уже 59 лет, в этом году будет. А в следующем юбилей, вот. Свадьбу играли обыкновенно. Какой-то венок был, платье. Сначала в Минске сыграли, а потом в деревню за Логойск к Ване ехали. На машине грузовой, в кузове, по колдобинам. Романтика!

Супруги едут на дачу. Сначала городским автобусом, потом пригородным. Летом и в осенний уборочный сезоня ездят на дачу почти каждый день. Уезжают рано утром, возвращаются к четырем-пяти вечера. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Людмила Станиславовна советует: «Не нужно отбивать чужих мужей. Раз ты его выбрала — давись одним куском! Хорошим куском, плохим — слюбится. Не всё же в нем плохое, есть же и хорошее». Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
На даче у супругов. Картошка, свежие овощи, яблоки, смородина, крыжовник, целебные травы и домашнее вино. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Как жили первый год?

— Ругались сильно! Я тебе скажу, я с детства добрая, но настойчивая. Но Ванечка он все равно хороший-хороший был, — повторяет Людмила Станиславовна и гладит его по плечу.

— Очень хороший, — говорит Иван Михайлович. — Но сильно мы не ругались.

— Конечно, потому что я не давала на себе ездить! Кстати, у меня был парень до Ванечки, мы дружили. В кружок самодеятельности ходил, пели. Он был солдатик. Я ему очень и очень нравилась, плохого слова мне не говорил. И у меня фотография была его, так Ваня ее порвал! Красивенький был такой, из Башкирии. Приглашал меня туда, а ему сказала, что со своего Минска никуда не уеду. Никуда! Ваня, ты тут не вздыхай! Так вот, он уехал, я его провела на вокзал. Он письма мне писал, но мачеха все прятала и письма уничтожала. Это было в 1958 году.

Людмила Станиславовна измеряет давление Ивану Михайловичу и выдает лекарства. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Людмила Станиславовна про регулярную физкультуру: «Сколько буду жить я, столько будет жить он. Я ему не даю никакого спуска!» Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Людмила Станиславовна хранит целебный чай в коробках из-под сладкого, которое делают на фабрике, где она работала. Людмила Станиславовна советует заваривать чай «белым паром», как говорили в программе Елены Малышевой про здоровье. Супруги смотрят эту передачу внимательно, но не со всеми советами Малышевой согласны. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Однажды мы пошли в гости. То ли новоселье справляли, то ли что, — вспоминает Людмила Станиславовна. — Зима. Вале (старшая дочь — примечание редакции) нашей пару недель. Мы посидели в гостях, не пьяные, но вина немного выпили. Идем обратно домой через поле, снег сильный, Ваня меня за ручку держит. А я коляску веду. И вот мы кончили уже это поле, смотрю в коляску — ребенка няма! Кому звонить, кому кричать — через поле же шли?! В коляску ребенка положили, конечно. Пошли обратно, снег руками разгребая, почти до самого их дома дошли, а Валечка наша в пододеяльничке беленьком своем лежит и спит на снегу. Спит наш ребенок! Мы взяли своего ребеночка, в коляску положили и шли молчком! Что ж тут уже. Мы тогда шли, болтали, он на меня глядел, а она вот так и сползла. Мы Вале нашей рассказали спустя годы, она смеялась!

Людмила Станиславовна: «Вместе мы никуда за свою жизнь так и не ездили. Только по работе: я со своей фабрикой, он со своей. Мы в разное время работали, посменно. Детей не могли оставить одних». Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Людмила Станиславовна: «Ванечка всегда то кофточку купит, то кольца принесет, то сережки…» Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Я думала, что выйду замуж на год или на два. И разойдусь. Я с таким понтом шла замуж. А получилось на года, — смеется Людмила Станиславовна. — Честно, не кривя душой. Я не боялась уйти, несмотря на то время. Я никого не боялась. Но я мудрая была, молчала, когда надо. Однажды, помню, приходит Ванюша пьяный в стельку. Он тогда еще экспедитором работал, в Зеленом лугу. Заходит домой, а в карманах полно денег. Не знаю, как не потерял. Я его спать уложила, деньги с кармана достала и спрятала. Утром просыпается, ходит по хате, что-то ищет. Я спрашиваю: «Ванечка, что ты ищешь?» А он мне: «Да вот, ты знаешь, тут столько было денег, наверное, потерял». Я ему достаю деньги, отдаю. Не сказал «спасибо», а я и промолчала, не обиделась. Он вначале только себя любил, из семьи такой, а потом уже без меня никуда, куда же от меня уже? Я на него никогда не ругалась. Может быть, он и живет со мной всю жизнь, потому что я не ругаюсь. Теперь я у него опора. Всё Ванечка-Ванечка да Ванечка. Но я всем довольна.

— Хорошую жизнь прожили, — говорит Иван Михайлович.

Супруги провожают старшую дочь Валю, которая зашла в гости. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Когда Иван Михайлович и Людмила Станиславовна провожают гостей, они всегда идут на кухню, чтобы помахать уходящему в окно. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»
Дочки Валя и Ира одновременно позвонили своим родителям. Фото: Виктория Герасимова, «Имена»

— Нужно уступать, не обращать внимание, если что-то не понравилось, — объясняет Людмила Станиславовна. — Я молчу сегодня, но завтра мудро поступлю. Нужно быть дипломатом! И душа должна быть, душа! Я всем говорю в семье: надо жизнь прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. Кто написал? Это «Как закалялась сталь» Николая Островского. И всё равно. Эта жизнь… она — красота. Жизнь — это хорошее дело. Надо беречь жизнь.

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц или делаете разовый платеж, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Герои

«Нет плохих людей». Гена восстанавливает документы бездомным, чтобы вытянуть их с улиц

Помогаем проекту Помощь бездомным
Собрано 16 325 из 79 543 рубля
Герои

БАС не слышно. Пока умирающий Александр ждал от государства поручни, у него отказали руки

Помогаем проекту Служба помощи людям с БАС
Собрано 11 270 из 49 166 рублей
Герои

Хозяйки плюшевых клумб. Зачем минчане украшают свои дворы игрушками

Герои

Это пенсия, детка! Как минчане за 60 садятся на шпагат и прыгают с парашютом

Герои

Куда уходят дети? В другие детдома. 11 сирот в Жодино пакуют чемоданы

Герои

Богатые тоже пьют. Как богатые белорусы сначала пьют, а потом лечатся в отделении доктора Иванова

Герои

No pasarán! Как пенсионерка в Минске пять лет не дает уплотнить свой квартал

Герои

Ник Вуйчич и наши люди. Фоторепортаж о доброте

Герои

Они готовились целый год. Не умеющие ходить дети пробегут Минский полумарафон

Герои

Исчезнувший. Ликвидатор, который больше никогда не даст интервью