Герои

Просто такая сильная любовь. Генрих Михайлович с женой на свою пенсию спасает заброшенную усадьбу во Флерьяново

Помогаем проекту Имена
Собрано 291 036 из 420 000 рублей
Помочь

Генрих Михайлович — ученый и бывший председатель колхоза. Лариса Павловна променяла Ленинград на жизнь с любимым в деревне и ни разу об этом не пожалела. В свои 160 лет на двоих супруги выкупили усадьбу, на которой чиновники поставили крест, и восстанавливают ее на свою пенсию. Смотришь на них и понимаешь: настоящая любовь есть, а смысл жизни — не в гонке за деньгами.

Рука об руку Лариса Павловна и Генрих Михайлович больше полувека. Она до сих пор напевает ему перед сном романсы, а он не устает повторять: «Прекрасные дети, счастливая жизнь и личные победы — на 90% заслуга его Ларисочки Павловны».

«Мы всегда жили для других»

Историю семьи мы узнаем от самого Генриха Михайловича, который невозмутимо усадил нас в Жигули со словами: «Давайте быстренько, по дороге еще много дел решить надо!» И даже не понял, почему мы удивились.

«Когда делаешь людям добро — сам счастливым становишься, » — говорит наш герой. Фото: Игорь Гончарук, Имена

— Часто говорят: «Всю жизнь отдал работе. На пенсии точно буду жить для себя». Никогда этого не понимал. Мы с Ларисой Павловной всегда жили для других», — рассказывает и одновременно ведет машину Генрих Михайлович.

Назвать его дедушкой-пенсионером язык не поворачивается: в отличной форме, энергичный, в идеально наглаженном пиджаке, свободно говорит на белорусском, русском, польском… Спокойный, деловой и рассудительный одновременно. Он везет нас в свое Флерьяново — деревню в Ляховичском районе, где полвека назад и началась эта история.

Деревенские улицы и закоулки здесь — как сотни других в белорусской глубинке. И вдруг вдали замечаем непривычные для деревенских пейзажей виды. Замок! Генрих Михайлович подъезжает ближе, тормозит машину ровно под кудрявой ивой, а прямо перед нами — величавая краснокирпичная усадьба с четырьмя большими и маленькими шестигранными башнями в виде бутонов и зубчатой стенкой.

В военное время в усадьбе был немецкий штаб, после войны здесь жило около 20 семей. Потом в усадьбе разместилась Сельхозтехника, Дом ветеранов, пансионат, правление колхоза. Но последние годы здание просто разрушалось на глазах у местных жителей и власти.  Фото: Игорь Гончарук, Имена

Пока мы восхищаемся, навстречу нам выходит та самая Лариса Павловна — хрупкая, утонченная, с виду — француженка. Начинает говорить — и все становится понятно. Природная интеллигенция читается в речи, манерах, интонации. Добрая, открытая и даже кокетливая. Рядом со своей Ларисочкой Павловной наш Генрих Михайлович тут же тает, а от делового налета не остается и следа. Как такое возможно после 50 лет брака — удивительно.

Место, которое полюбила Ожешко

— Давайте начнем с экскурсии, а там и познакомимся, — говорит Лариса Павловна, подводя нас к усадьбе, утопающей в богатой листве вековых дубов, лип и кленов. — А теперь представьте, что мы в XIX веке. В 1890 году на этом месте сын известного писателя и философа Флориана Бохвица — Ян Оттон Бохвиц — построил усадьбу и назвал ее в честь своего отца — Флорианово. Ян Бохвиц был выдающимся человеком. Прошел Крымскую войну, участвовал в восстании 1863–1864 года против крепостного права, за что, кстати, потом и попал в тюрьму.

Подходим ближе к замку и видим первый сюрприз. Оказывается, за величавым краснокирпичным неоготическим входом с башнями вовсе не замок, как мы ожидали увидеть, а двухэтажный дом. Сегодня он выглядит очень скромно.

— Да, парадную кирпичную часть в усадьбе Ян Бохвиц пристроил только в 1905 году, — говорит Лариса Павловна. — Изначально усадьба была двухэтажной и выглядела проще. И все равно, я считаю, была прекрасна. Когда-то возле усадьбы была даже площадка для крокета, а вокруг — уникальный парк. Ян лично высаживал здесь редкие деревья и кустарники. Некоторые сохранились до сих пор. Въезжали в усадьбу через браму по липовой аллее. На ней легко могли разминуться две кареты. А сама брама была оформлена массивными каменными пилонами, завершенными чугунной решеткой. Во время Первой Мировой войны немцы вывезли ее в Германию. Не уцелела и скульптура, которая стояла у входа в усадьбу. О том, что она здесь когда-то была, мы знаем только по фрагментам оставшейся переписки местных (вздыхает). — Кстати, в честь мамы Павлины Ян построил второе имение — Павлиново — в Барановичском районе. Но оно не уцелело.

Поразительно, но после 50 лет в браке Генрих и Лариса смогли сохранить любовь и трепетное отношение друг к другу. Она до сих пор поет ему романсы. Он до сих пор с замиранием сердца смотрит на нее.  Фото: Игорь Гончарук, Имена

Заходим в усадьбу и оказываемся в большом просторном зале с камином и деревянным паркетом тех времен. На столах вдоль стены — портреты гостей и хозяев усадьбы.

— Летом хозяин сдавал комнату отдыхающим. Среди гостей были такие известные люди того времени, как Владислав Реймонт, Генрих Нусбаум, Юзеф Катарбинский, Люцина Катарбинская, Радзивиллы… Но действительно известной усадьба стала в начале XX века, когда на отдых сюда стала приезжать писатель Элиза Ожешко. Она стала сердечный другом сына Яна Бохвица — Тадеуша, — улыбается Лариса Павловна. — С появлением Элизы Ожешко жизнь во Флерьяново так и забурлила. Сюда стали приезжать художники и писатели из самой Вильни и Петербурга, Варшавы и Одессы, проходили творческие вечера и романтические чаепития на веранде.

Элиза Ожешко писала письма Тадеушу, даже находясь в соседней комнате усадьбы. А в каждое письмо обязательно вкладывала лепесток розы. При этом Тадеуш был женат и очень любил свою молодую жену, а Элиза была старше его на 20 лет. Ей — больше 70-ти, ему- 50.

Супруги по крупицам восстанавливают историю усадьбы.  Фото: Игорь Гончарук, Имена

На столе в просторном зале лежат те самые письма Элизы Ожешко.

— Письма на 300 страницах, которые изданы большим томом, нам передал заместитель директора Минского архива, который родом из Ляховичей, — рассказывает Лариса Павловна.

Воображение рисует красивые картинки того века. Но сегодня обстановка в усадьбе другая. Все побелено-покрашено, но очень и очень скромно. От былого лоска почти ничего не осталось. Все, что есть в усадьбе, — исключительно результат работы Ларисы Павловны и Генриха Михайловича.

«Усадьба — это еще и наша история»

Генрих Михайлович возится возле камина. Это его любимое место в усадьбе. Он часто разводит в нем огонь. Чем больше его слушаешь, тем больше понимаешь, что волей судьбы эта усадьба стала еще и его личной историей.

— Я родом из деревни Дарево, — рассказывает он. — Там жил мой отец. Окончил в Ляховичах польскую гимназию. После армии работал шофером в воинской базе, потом обслуживал полеты на аэродроме в Барановичах. Дальше — армия, авария, операция на руку, после которой она плохо работает… В армии служить уже было нельзя. В 26 лет поступил в Белорусскую сельхозакадемию. Был отличником, занимался наукой, а однажды под елочкой встретил ее — свою Ларису Павловну. Я думал, что она студентка-первокурсница. Спросил у преподавателей, а они: «Ты что, это же наш преподаватель с кафедры химии». Ей было 25 лет. Познакомились, предложил проводить. Ну и все на этом. Просто при встрече здоровались. У нее же парень был. Прошло время. Стою как-то на танцплощадке, и тут вдруг подходит она: «Здравствуйте». Я прямо и обалдел. Сколько лет, сколько зим прошло! Она: «Давайте прогуляемся по парку». А потом: «Пойдем, я покажу, где живу». Так и утонул по ее инициативе. Это было 26 сентября. 4 октября подали заявление, а через 10 дней поженились. С тех пор не расставались. Раньше думал: пока институт не закончу — не женюсь. Но тут такая девушка: умная, красивая из Ленинграда!

Поженились наши герои через 10 дней после первого свидания!  Фото: Игорь Гончарук, Имена

— Я жила в Смольном на территории военного госпиталя в Ленинграде, — рассказывает о себе Лариса Павловна. — Мама с госпиталем прошла всю войну. Меня с братиком вывезли под Ленинград к бабушке. Отец погиб на фронте. После войны жили там же — на территории военного госпиталя. Сейчас это уже Суворовский проспект. Как-то подружка моя уехала в Витебск — в гости к тете. А через какое-то время прислала письмо: «Лариса, приезжай, здесь в Витебске так хорошо и красиво! Представляешь, весь город в оврагах!» И мне так туда захотелось! Я поехала в Витебск и поступила там в институт. В Горецкий район попала по распределению. Отработала два года в деревне и пришла на кафедру химии в Сельхозакадемию. И там встретила своего Генриха, который учился на факультете агрономической химии.

— Я счастливый человек. Жизнь много раз подбрасывала мне людей и случаи, которые в результате для меня же и становились судьбоносными, — признается Генрих Михайлович. — Так было и с Флерьяново. Впервые дом Бохвицей я увидел в 1969 году. Вместе с Ларисой приехали к родителям. Они говорят: «Оставайтесь, дети, живите рядом». А я в шутку: «Только если назначат председателем колхоза». Я же амбициозным был, на меньшее не рассчитывал! И что вы думаете? Утром проснулся с этой мыслью, пошел к секретарю райкома и сказал: «Хочу быть председателем колхоза». В свои 32 года! (смеется) А тот взял и согласился. Правда, отправил в маленькое хозяйство, в 50 км отсюда. Я съездил, посмотрел и сказал: «Не годится, хочу большое!» На что мне ответили: «Иди-ка ты в колхоз «Ломоносово», поработай с годик специалистом, а там видно будет». Я и поработал. А вскоре действительно стал председателем. Мне было интересно. Все делал по науке, ухаживал за опытным полем в хозяйстве, добивался отличных результатов… И уже не мог себе представить жизни без нашего Флерьяново.

Молодой председатель возле усадьбы, где в то время размещалось правление колхоза. Фото: Игорь Гончарук, Имена

— А я когда увидела этих простых теплых людей и пообщалась с ними, поняла, что это мое место, — улыбается Лариса Павловна. — Дружила даже с девочками-семиклассницами. Помню, заходила с ними в сарайчики: свинок, коровок смотрела. Привыкала. Это было та-ак интересно! Устроилась работать учителем в школе. Все три километра от школы до дома, которые шла пешком, останавливалась и с каждым человеком общалась. Ни в какой Ленинград обратно меня не тянуло. И муж у меня был прекрасный. Один за другим родили троих детей — и нам здесь было очень хорошо. Главное — любить жизнь и людей. В этом весь секрет счастья.

— Проработал председателем 28 лет. Будучи кандидатом сельскохозяйственных наук, отстроил в хозяйстве двухэтажное здание лаборатории, организовал клуб научно-технического творчества молодежи, стал героем труда, — рассказывает Генрих Михайлович. — Кстати, колхозная контора находилась здесь же, в усадьбе. Уже в то время своими руками создали здесь небольшой музей. А в 1997 году ушел на пенсию. В колхоз пришло новое руководство. А вскоре и контора съехала из усадьбы.

Усадьбу отдали за одну базовую величину

14 лет усадьбу никто не отапливал и не ремонтировал. Крыша потекла, двери и окна разбили… В доме поселились бомжи. Еще немного — и было бы не спасти.

Месяц ушел только на то, чтобы вынести мусор. Каждый день семья своими руками и за свои деньги пытается восстановить усадьбу.   Фото: Игорь Гончарук, Имена

— Я был председателем районной организации ветеранов. И все это время переживал за усадьбу. Пусть бы ее даже кто-нибудь купил, чтобы не развалилась. Ходил в райисполком. Они мне даже бизнесменов предлагали, которые могли вложить в здание деньги и, к примеру, заняться здесь бизнесом. Но у нас и в Ляховичах пустующих зданий много. Кому нужно ехать во Флерьяново и вбухивать сюда деньги? У меня же сердце кровью обливалось, когда каждый день видел, как усадьба разваливается.

А потом Генрих Михайлович создал клуб научно-технического творчества ветеранов.

— Для этого клуба нужно было помещение. Обратился к председателю. Он показал на усадьбу и сказал: «Берите, все равно бесхозное». Без окон, без дверей. Стали с ветеранами наводить в усадьбе порядок. Но сил не хватало. Я опять к председателю: «Дайте человека в помощь. Одни ветераны не справляются». Председатель — к председателю райисполкома. Вопрос ведь важный. Здание бесхозное. Однажды его могли просто поджечь и уничтожить. Мне сказали: «Забирай себе и делай с ним, что хочешь».

Общее собрание решило продать усадьбу Генриху Михайловичу хозяином усадьбы Бохвицей.

«Теперь спасаем усадьбу вместе»

— Все были уверены, что я единственный, кто будет хоть что-то делать ради усадьбы, — рассуждает о том, почему здание досталось именно ему. — Жене сначала ничего не говорил. Думал, скажет: «Взял себе проблем на шею». А она, когда узнала, обрадовалась. С того дня мы спасаем усадьбу вместе. Я работаю, она — озвучивает.

Несмотря на почтенный возраст, Генрих Михайлович, когда надо, залазит на крышу, косит траву, высаживает деревья.  Фото: Игорь Гончарук, Имена

За оформление всех бумаг, в том числе за приватизацию, пришлось заплатить 500 долларов. Теперь усадьба Бохвицей во Флерьяново — частная собственность.

— Грандиозных планов не строил. Для начала усадьбу нужно было хоть как-то привести в порядок. Уже потом понял, что лучшим вариантом для нее будет музей. С тех пор я здесь каждый день. Сначала сюда было страшно зайти. Месяц ушел только на то, чтобы из здания выбросить весь мусор… Знаете, было время, когда я даже по ступенькам подняться не мог — голова шла кругом. А сейчас даже на крышу сам залажу, работаю. Получается: я возрождаю усадьбу, а усадьба — меня, — смеется Генрих Михайлович.

В усадьбе сохранилась кроватка для младенцев, пресс для творога, трофейная мясорубка, прялки, угольные утюги и многие другие предметы быта. А еще акт «На вечнае карыстанне зямлёй калгасам» с сургучной печатью. Фото: Игорь Гончарук, Имена

В апреле 2011 года дубу, который на территории усадьбы посадила сама Элиза Ожешко, и который растет там до сих пор, исполнилось 100 лет.

— Но никто об этом не вспомнил, — рассказывает Генрих Михайлович. — Я решил: значит, вспомню я. Позвонил в районную газету, собрал местных, сходил в райисполком, общественные организации. А спустя несколько дней мы вместе высадили возле усадьбы дубовую рощу из 100 дубков. С тех пор за ними тоже ухаживал каждый день. Поливал, с 6 до 9 утра косил, там же бурьян был. Многие деревца не прижились. Так что половину дубков потом еще сам пересадил.

Когда слушаешь Генриха Михайловича, понимаешь, что усадьба для него — еще один способ оставить свой след на земле. Здесь он проводит все свободное время.

— Чтобы вернуть тем же дверям и полу первоначальный вид, шлифовали пол, сдирали краску с дверей. В результате двери оказались дубовыми, а паркет, на котором мы сейчас стоим — уникальным. Без единого металлического гвоздя, — гордится Генрих Михайлович.

В интернете информации об усадьбе Бохвицей почти нет. Но когда Генрих Михайлович с женой сюда приехали, застали в живых кучера пана Бохвица. Он много рассказал об этих местах, передал историю такой, какой она была. Фото: Игорь Гончарук, Имена

— Нам предлагали привезти в усадьбу картины, чем-то окна завесить, чтобы богаче смотрелось, — дополняет Лариса Павловна, — Но мы не хотим захламлять залы непонятно чем. И не хотим устраивать здесь что-либо на коммерческой основе. Возможно, мы реставрируем не по правилам, но для нас главнее, чтобы это место возрождалось духовно.

«Один мужчина приехал в усадьбу и заплакал»

Всего в доме 19 комнат, площадь — больше 300 квадратных метров. Проходим в просторное помещение с окнами шириной в метр. Все залито светом.

— Когда-то здесь была сыроварня. Правда, сейчас от нее остались разве что воспоминания, — разводит руками Лариса Павловна. — В советское время здесь была столовая. Отсюда и советское наследие — брошенная витрина, металлический орнамент женщины-колхозницы…

На второй этаж ведет лестница тех времен.

— Балы и банкеты проводили на первом этаже, а здесь, думаю, были комнаты Бронислава и Тадеуша Бохвица, в которых они отдыхали,  — приглашает нас в просторные, но почти пустые помещения хозяйка. В некоторых комнатах — сквозные проходы. Остались даже камины тех времен. — Здесь же, на втором этаже, был и выход на террасу с деревянными балясинами. В советское время ее снесли, потому что она была в плохом состоянии. Окна здесь выходят на три стороны. Из комнаты можно было наблюдать за восходящим солнца и любоваться закатом.

В усадьбу приезжали строители из Москвы, говорили, что здание построено из глины, смешанной с веточками. Балки до сих пор очень крепкие. Оказывается, секрет в том, что лес раньше заготавливали зимой, когда нет сокодвижения. А, значит, балки смолистые, прочные.

Фото: Игорь Гончарук, Имена

— С 1940 по 1945 года в усадьбе был немецкий штаб, — продолжает рассказывать Генрих Михайлович. — После войны здесь одновременно жили около 20 семей. Потом здесь была сельхозтехника, Дом ветеранов, пансионат, правление колхоза…

— Как-то весной сюда приехала пара, — вспоминает Лариса Павловна. —  Я увидела, что они ходят под окнами. Подошла, а они: «Знаете, мы здесь родились и выросли. Иногда мы сюда приезжаем. Правда, раньше мы через окна сюда залазили, а теперь все так красиво стало». Я говорю: «Зайдемьте». Оказалось, это уже взрослые дети из числа тех самых 20 семей, которые жили здесь после войны — брат и сестра. А дальше — еще более удивительная история. Когда Генрих шлифовал пол, увидел в одной из комнат странное пятно. И почему-то решил его оставить. Отпечаток истории же. Когда тот мужчина увидел это пятно — с глаз его полились слезы. Я стояла и не могла понять, в чем дело. А потом он рассказал мне историю. Когда ему было 6 лет, на этом месте он гладил брюки утюгом на углях. Утюг выпал из рук, а от выпавших углей на досках закипела смола… Так на полу и появилось это пятно. Мальчишка вырос, сегодня ему больше 70 лет, а  память о его детстве живет до сих пор.

В поисках клада

Спускаемся в подвал. Он, как в настоящем замке — с арками, большими камнями-валунами. Видно, что делалось все на веки вечные. От хозяев узнаем, что когда-то здесь хранились сыры. Пока бродим по вековым подвалам, приходят… кладоискатели и очень настойчиво расспрашивают хозяев усадьбы о подземных ходах.

Лариса Павловна вежливо отвечает:

— Ничего здесь нет. Здесь уже и с металлоискателями ходили, и клады эти искали. Все мечтают найти какие-то несметные богатства. Мы не хотим, чтобы здесь ходили с приборами. Да и старинных ценностей здесь никогда не было. Из самых дорогих вещей в усадьбе была библиотека, в которой Тадеуш, по уверениям историков, собрал экземпляры всех журналов, которые издавались на тот момент во всем мире. Стены украшали портреты представителей рода и картины. Вокруг усадебного дома были сыроварня и хозяйственные постройки — дом пана-эконома и ледовня, в которой хранили лед для сыроварни.

В усадьбе можно увидеть контраст былой роскоши со следами советского наследия. Фото: Игорь Гончарук, Имена

В комнатах усадьбы — поразительная акустика. Хозяйка обожает здесь петь. Специально для нас исполняет несколько трогательных романсов. Генрих Михайлович любуется на свою Ларисочку Павловну. Наблюдать за ними — одно удовольствие.

— Нам очень приятно, что усадьбой интересуются и с удовольствием встречаем гостей. Никаких денег мы за это не берем. Недавно была история. Приехали к нам дети из школы. Провела для них экскурсию. А они: «Тетя, сколько мы должны вам денег?» Я им: «Да не надо, детки». Проходит пять минуток. А эти детки ко мне во двор приходят, копеечки в руках крутят. Собрали все, что было в карманах, и протягивают мне: «Это символически, нам очень хочется». Последнее отдать хотели. Это дорогого стоит. А несколько недель назад к нам приезжал правнук Тадеуша Бохвица — Войтек.

Представляете, увидел по телевизору сюжет о нашей усадьбе и разыскал через белорусских властей. Ему уже 59 лет. Восхитился, что усадьба его прадедушки до сих пор цела. А ведь это имение у их семьи отобрали. Мы ему сказали: «В любое время, когда вы хотите, эта усадьба ваша». Мы считаем — это справедливо.

Супруги с радостью встречают гостей. Если будете в тех краях (а рядом — Ляховичи и Барановичи), обязательно заезжайте во Флерьяново.  Фото: Игорь Гончарук, Имена

Каждые выходные в деревню Флерьяново приезжают случайные туристы и целые туристические группы из Беларуси и не только, которым Генрих Михайлович и Лариса Павловна всегда рады. Для дорогих гостей здесь всегда найдется нарядная скатерть, чашечка чая, бутерброды и много времени для разговоров по душам.

Лариса Павловна и Генрих Михайлович мечтают, чтобы усадьба Бохвицей жила. Устраивают здесь местные фестивали, проводят праздник деревни, литературные чтения, балы, поздравляют односельчан с рождением детей… О том, чем сегодня живут Генрих Михайлович и Лариса Павловна снимают фильмы, пишут статьи и просто рассказывают друг другу люди. Удивительно, но никакого пиара в этом нет. Люди приезжают просто потому, что их сюда тянет.

Супруги Третьяк смогли через всю жизнь пронести не только любовь друг к другу, но и к своему местечку. Проще всего было закрыть глаза на то, что усадьба разрушается. Но пока есть люди, которым не все равно, Беларусь будет меняться к лучшему. Фото: Игорь Гончарук, Имена

Усадьбу супруги восстанавливают на свои пенсии. Просить помощи ни у кого не хотят. Говорят: «Главное — чтобы не мешали». Но есть расчетный счет, куда можно пожертвовать любую сумму на восстановление усадьбы: Третьяк Генрих Михайлович, код банка: АКВВВY21802, BY05AKBB3819 3821 0965 6130 0000, УНП клиента 200369858, вкладной счет: BY39AKBB3404 0000 0913 8132 0117.

Друзья, Имена работают только на деньги читателей. Мы хотим делать еще больше вдохновляющих историй о белорусах. Мы хотим делать расследования и менять жизнь в нашей стране к лучшему. Поддержите нас! Нажимайте кнопку Помочь, оформляйте подписку на любую возможную сумму. Вместе мы можем больше!

Поддержите проект
Имена
Собрано 291 036 из 420 000 рублей
Выберите сумму разового платежа или оформите подписку:

Вы также можете сделать разовый перевод «Именам» c помощью системы «Расчет» ЕРИП

  1. Cистема «Расчет» (ЕРИП)

  2. Общественные объединения
  3. Помощь детям, взрослым
  4. ИменаМедиа

  5. Введите Фамилию Имя Отчество

  6. Введите адрес для связи с вами

Если вы платите в кассе банка, сообщите кассиру о необходимости проведения платежа через систему «Расчет» (ЕРИП).

SMS-сообщением (для абонентов МТС и life)

Отправьте на номер 553 SMS-сообщение в следующем формате:
821 Фамилия.И.О. Сумма

Фамилию и инициалы вводите слитно, с точкой после фамилии.
Например: 821 Иванов.А.А. 10

Комиссия системы iPay для абонентов МТС — 3%, life — 3,5%.

USSD-запросом (для абонентов МТС)

Введите USSD-запрос *222*12# и с вашего баланса на наш счёт будет переведено 2 рубля. Если вы хотите перевести больше — повторите запрос. Стоимость подтверждающей SMS — 0,04 руб.

На благотворительный счёт в банке

Учреждение «ИменаМедиа», BY68 PJCB 3135 0500 5200 1000 0933, Приорбанк, код PJCBBY2X, Минск, ЦБУ 102, УНП 192683195. Обязательно укажите назначение платежа: «Пожертвование на функционирование учреждения».

Герои

«Это хуже, чем война». Разведчик Виктор сражается с «болезнью Хокинга» и даже не думает сдаваться

Помогаем проекту Служба помощи людям с БАС
Собрано 17 999 из 49 166 рублей
Герои

«Маме предлагали меня сразу выбросить». Алеся родилась в 90-х недоношенной и как боец бьется за работу и жизнь

Помогаем проекту Рожденные РАНО
Собрано 15 829 из 33 960 рублей
Герои

Циля и Маша. Как живут девочки, «расстрелянные» 76 лет назад

Герои

«Зарплату отправляю родственникам». Как африканец работает футболистом в Слуцке

Герои

Как юный Паваротти. Фотоистория о жизни незрячего мальчика, покорившего «Минск-Арену» на ЧМ по хоккею

Герои

Молодые учительницы из Светлогорска вытаскивают из темноты 130 незрячих

Герои

«Боюсь ребенка отпустить на кухню». Как живут люди в последних минских коммуналках

Герои

Особенная Ира. Как девочка без будущего доказала белорусским врачам, что будущее у нее есть

Герои

Право на школу. Родители Ромы и Насти из Бобруйска добились, чтобы их дети с аутизмом могли учиться

Герои

Многодетная пара из Минска впервые за 17 лет вышла на свидание