Герои

Фея в доспехах. Мама 13 детей ставит на уши Пружаны, потому что жить нужно лучше

В семье Оноховых 13 детей — биологических и приемных. А еще собака, хомяк, семь кошек, которые гуляют сами по себе, и одна шиншилла. Дети случайно разбили стенку ее клетки, но пугливый грызун так и не решается перешагнуть невидимый барьер. Виктория два года назад переехала к мужу из Минска в Пружаны. И сразу стала «персоной нон грата» — пишет жалобы в ГАИ, задает вопросы председателю райисполкома и говорит местным властям, что изменить в Пружанах, чтобы всем жилось лучше. Люди шепчутся за ее спиной и пишут гневные комментарии, но Виктория и не думает останавливаться. Она верит, что белорусы — не шиншиллы: смогут преодолеть невидимый барьер и научатся не только выживать, но и радоваться жизни.

Дом Оноховых в Пружанах просторный и… очень тихий. Слишком тихий для дома, в котором обитают 13 детей.

— Все в первую смену учатся, большая удача в этом году, — смеясь, объясняет хозяйка. — В прошлом году была и первая, и вторая, вот это был настоящий челночный бег!

«Материнство может и должно быть радостным и счастливым», — уверенно говорит Виктория, окидывая взглядом свою большую семью.  Фото: Сергей Гапон, Имена

Первым из школы приходит второклассник Коля. Ну, как приходит? Осторожно ползет по полу, стараясь остаться незамеченным, но тщетно: мама, даже не повернув головы, безошибочно засекает его местоположение. Коля улыбается — рот до ушей — и тут же уютно устраивается на лестнице рядом с пушистым котом Северусом.

— Коля, не усаживайся к коту! Пообедай и почисть зубы, тебе к стоматологу через полчаса! — командует мама, и мы понимаем, что затишье перед бурей подходит к концу, дальше мы будем говорить уже на ходу, на бегу, как получится.

Жалость детям не нужна

Пружаны — районный центр в Брестской области, здесь живет 19 тысяч человек. Семья Оноховых слишком выделяется из общей массы, чтобы не привлекать внимания. По словам Виктории, внимание это довольно пристальное и чаще всего — недоброжелательное.

— Отношение общества к многодетным семьям скорее негативное, независимо от того, приемные дети в семье или свои. В прошлом году сын ходил на хоккей и рассказал, как дети в секции обсуждали, что наш дом построен на государственные деньги, хотя это неправда. Что нам бесплатно привозят из «Евроопта» продукты. Люди, которые никогда у нас не бывали, рассказывают о прогнивших полах в нашем доме… Здесь такие простые люди, что могут обсуждать тебя даже в твоем присутствии! Никаких личных границ. Это Пружаны, детка!

Виктория говорит, что у нее обязательно есть время, когда она ничем не занимается: «Независимо от того, сколько детей, у любой мамы должно быть минимум полчаса времени в день для себя, когда она может делать, что угодно: бегать, ездить на велосипеде, тупить в потолок, читать книгу».  Фото: Сергей Гапон, Имена

Виктория рассказывает, что часто сталкивается с тем, что усыновленных детей чрезмерно жалеют:

— Дети уже много лет живут в семье, выросли в атмосфере душевного тепла и не помнят никакой другой семьи. В жалости точно не нуждаются! Поскольку все эти дети — местные, из Пружанского района, всегда найдется человек, готовый рассказать мне, как ребенок на его глазах в прежней семье ел из собачьей миски… Что мне делать с этой информацией? Наверное, рассказывая это, люди хотят ощутить свою причастность?

Человек — не остров, говорит Виктория, он всегда окружен другими людьми. У каждого из нас есть родители, тети, дяди, сестры, братья, друзья и соседи, в конце концов. При этом в Беларуси очень низкая родственная опека.  Фото: Сергей Гапон, Имена

— А как складываются отношения с педагогами и чиновниками?

— Если мне нужна помощь, я приду и скажу об этом классному руководителю, психологу, социальному педагогу. Нас очень искренне поддерживают и администрация школы, и отдел образования. Вопрос в том, что моя компетенция уже гораздо выше, чем социального педагога в школе. Я много проблем уже решила самостоятельно, и сама могу кому-то дать толковый совет. Так что, к сожалению, супервизии у меня никакой нет. Нет высококлассных специалистов, к которым я могла бы обратиться и которые могли бы меня поддержать.

Родителей лишают родительских прав, и ребенка забирают в детский дом, хотя у него есть бабушки, дедушки, родные дяди и тети! Но они не спешат взвалить на себя заботы о попавшем в беду человечке. Ведь родительство, материнство по-прежнему ассоциируется с муками и тяготами. Фото: Сергей Гапон, Имена

— В Беларуси одна-единственная инициатива, направленная на поддержку усыновителей и приемных родителей, — проект «Родные люди». В государственной системе поддержку и контроль осуществляет один и тот же орган. Да, действуют социально-педагогические психологические службы, где работают психологи, к которым можно прийти со своей проблемой. Но каждое ваше слово может быть использовано против вас, ведь эти же люди придут вас контролировать! Поэтому многие приемные родители, усыновители не обращаются за помощью, тянут до последнего, до момента, когда уже ничего не поделаешь, потому что родители и дети доведены до отчаяния и уже ненавидят друг друга. В таких случаях происходит отмена усыновления, ребенок возвращается в детский дом. А у «Родных людей» контролирующей функции нет. И они помогают сохранить семьи.

Дети спрашивают про своих биологических родителей, написала как-то Виктория на своей странице в Фейсбуке:

— Тетя Вика, а вы не знаете, почему от меня отказались мои родители?

-Не знаю, мотивы ничьих отказов от детей мне неизвестны. В большинстве случаев вас у них забрали, потому что они за вами не ухаживали и не заботились.

— А почему я их не помню? 

— Потому что ты попал в семью малышом, и помнишь все только здесь, дома.

— Как узнать, где живёт моя настоящая мама?

— Я твоя настоящая мама.

— (смеётся) Ну мам, нет, ну та, которая меня родила.

— После 18 лет ты сможешь её найти и даже поехать к ней.

— А ты поедешь со мной?

— Только если ты захочешь.

— А вдруг у меня вырастет горб и я не смогу увидеть своих родителей?

— Никакой горб не помешает тебе найти тех, кто тебя родил. И он не вырастет.

— А вдруг я буду как они?

— Как они — это как?

— Не смогу заботиться о своих детях.

— Я тебя научу, и ты сможешь. Может, их никто не научил, вот так и получилось.

Проект «Родные люди» бесплатно оказывает психологическую помощь. Дети и родители ходят на консультации, общаются с другими семьями, где тоже есть усыновленные дети. Опытные усыновители поддерживают новичков, подсказывают, как справлялись со сложными ситуациями. Сейчас «Родные люди» помогают 100 семьям в Минске и Минской области.

Поддержите «Родных людей» — проект, который спасает семьи.

Команда понимает, что этого недостаточно, нужно расширяться, чтобы в Беларуси появился республиканский центр для всех усыновителей. Такая система работает в Европе: здесь семьи-усыновители знают, что с первого дня усыновления могут обратиться за помощью к профильным специалистам. У нас же на государственном уровне такого системного сопровождения после усыновления пока нет. Спасают «Родные люди» — организация, которая существует на пожертвования простых белорусов. 

Задача семьи — научить детей справляться со сложностями

В прошлом году, когда дети после второй смены возвращались домой в темноте, Виктория забила тревогу и потребовала от городских властей построить тротуары. Но оказалось, что ни на тротуары, ни на велодорожки у города денег нет.

В личных разговорах многие местные жители поддерживают инициативы Виктории сделать город лучше. Но сказать об этом публично, поставить подпись под обращением боятся. Фото: Сергей Гапон, Имена

— Дети в темноте идут по проезжей части! Опасность ситуации ясна всем, на родительских собраниях постоянно говорят: учите детей осторожности. Если директор школы не может найти денег на ремонт классов или на переоснащение кабинетов, все говорят, что он плохо работает. Если председатель Пружанского райисполкома не может найти денег на тротуары, о чем это говорит?

Год назад в Именах вышла история о том, что в детских коррекционных центрах нет специальных автобусов, поэтому детей с инвалидностью ремнями привязывают к сиденьям, чтобы привезти на занятия. Виктория увидела, что это касается и Пружан, и задала вопрос местным властям: почему деньги на новый автомобиль для председателя райисполкома есть, а денег на автобус для больных детей нет? Проверка показала, что автомобиль для чиновника закупили с нарушением закона, виновного члена тендерной комиссии наказали. Правда, автобус для детей город так и не купил.

В семье Оноховых нет табуированных тем. По вечерам, когда они наконец собираются все вместе, говорят обо всем. Максимально честно.

Фото: Сергей Гапон, Имена

Виктория говорит, что несмотря на все нападки, хочет показать, прежде всего, своим детям, что за свои права нужно бороться.  

Следом за Колей из школы возвращается Лера. Потом один за другим Наташа, Андрей и Саша — они все пятиклассники, учатся в одном классе. Лера приносит на кухню конструктор «Лего» и только успевает с головой погрузиться в строительство, как мама напоминает ей: надо успеть пообедать, через полчаса — в бассейн.

Фото: Сергей Гапон, Имена

Вещи для бассейна дети собирают сами. Только Саша приходит с вопросом, где его купальная шапочка.  

— Я хочу дать тебе дружеский совет, — говорит ему мама.

— Какой?

— Иди почисть уши!

— Ой, я ничего не слышу!

— Вот именно!

Фото: Сергей Гапон, Имена

Виктория воспитывает в детях самостоятельность. Никогда не делает того, с чем они могут справиться сами:

— Если у них в комнате беспорядок, я не буду за ними убирать. Я буду негодовать, конечно. Потому что мне не нравится, когда у них учебники разбросаны. Если у каждого на его небольшой личной территории порядок, то и в целом в комнате порядок. Каждый должен застелить свою кровать, отнести грязные вещи их в корзину с грязным бельем. Чем старше ребенок, тем больше у него обязанностей. Посуду у нас моет посудомоечная машина, есть робот-пылесос. Кажется, что дети в многодетной семье всегда загружены по горло и не успевают, бедные, делать уроки. Кстати, дети всегда готовы взрослым подыграть — например, сказать учителю: «Ах, я была так занята, помогала маме по дому и не успела сделать уроки!» А когда начинаешь разбираться, что именно ты делала, оказывается, что вытерла со стола после ужина. Кто-то вытирает стол, кто-то запускает посудомойку, кто-то — стиральную машину. Дети, когда поступят в университет или переедут в собственное жилье, смогут себя обслужить. Это и есть основная задача семьи — научить справляться со сложностями самостоятельно. И не зависеть от внешних обстоятельств.

Пружаны могут стать европейским городом, нужен только волшебный пендель

Вместе с нами в машину усаживаются четверо детей. Лера, Саша и Андрей отправляются в бассейн, а Коля с мамой — к стоматологу.

«Нельзя говорить приемному ребенку: твои родители были алкоголиками, никудышными родителями, — объясняет Виктория. — До определенного возраста ребенок отождествляет себя с родителями. И он может решить: раз родители — алкоголики, значит, и я буду. Приходится подбирать нужные слова».  Фото: Сергей Гапон, Имена

— Пружаны — идеальный город для воспитания детей! — уверенно говорит Виктория. — Здесь есть спортивная и художественная школы, ледовый дворец, аквапарк — и все это в шаговой доступности. За двадцать минут можно весь город обойти.

Стоматология расположена в старом одноэтажном корпусе, и выйдя из машины, мы окунаемся в неожиданное тепло яркого осеннего дня.

Фото: Сергей Гапон, Имена

— Пружаны — очень инстаграмный город! — восклицает Виктория. — Бархатцы, астры! Красота какая! В Минске все такие старые, вековые деревья уже пустили под нож… Пружаны — очень перспективный город, зеленый, компактный, со своим особым характером и духом. Он может стать европейским в лучшем смысле этого слова. И очень даже легко. Он только ждет свежего ветра, волшебного пенделя!

Белорусы — не шиншиллы

Чем занимается обычный белорусский родитель в начале осени? Нервно вливается в ритм нового школьного года, спешно закупает канцтовары, составляет график внеклассных занятий, мучительно размышляет, где взять деньги на традиционные поборы в школе…

А Виктория Онохова-Журавлева 11 сентября успела побывать общественных обсуждениях в райисполкоме по поводу строительства свиноводческого комплекса недалеко от Ружан.

«Да, я иногда устаю, говорю неприятные вещи, потом прошу у детей прощения, — рассказывает наша героиня. — Но вот этот хаос, это броуновское движение вокруг меня — это и есть настоящее счастье. Это такой огромный источник радости — видеть, в каких людей они вырастают!» Фото: Сергей Гапон, Имена

— Я много думала о том, почему в Пружанах такое инертное население. Почему никому не интересен тот же свинокомплекс, который будет загрязнять окружающую среду? Почему мы не можем собраться и написать коллективное обращение? А потом поняла, что могу обо всем этом переживать, потому что у меня удовлетворены базовые потребности. Благодаря тому, что муж хорошо зарабатывает, наша семья обеспеченная. Я могу не переживать, как мне сэкономить на обуви для детей. Несмотря на то, что у нас 13 детей, я могу не думать, где купить обувь подешевле. Сколько людей не может выехать за границу, потому что у них нет денег! Сколько людей не видели другой жизни, кроме белорусской. Экономическое неблагополучие населения — очень важный фактор. Да плевать на эту свиноферму в Ружанах, которая будет в 20 км от меня, если я не знаю, где взять деньги заплатить за учебники! И на что купить ребенку куртку и ботинки, оплатить коммуналку, когда зарплата 350 рублей. И не вина рядового белоруса, что он оказался в такой ситуации. Его вина в том, что он отказывается брать на себя ответственность.

«Зло должно остановиться на мне»

Большинство белорусов, считает Виктория, живут с выученной беспомощностью, не пытаясь менять даже то, что могли бы. В личной беседе многие поддерживают ее инициативы: открыть STEM-класс в школе, добиться освещенных улиц, тротуаров, велодорожек, воркаут-площадки, — но заявить об этом вслух местные не готовы. Страшно выделяться из толпы, чтобы не стать изгоем в родной стае.

— Я часто общаюсь с людьми из разных систем и слышу это вечное «ну вы же сами все понимаете…» Я все прекрасно понимаю, но мое жизненное кредо: «Зло должно остановиться на мне». И если я вижу, что происходит что-то противоправное, я не могу с этим согласиться. У нас живет шиншилла в стеклянной клетке, и дети разбили одну стенку. Но шиншилла так и не вышла! Мы до сих пор эту стенку не восстановили, ведь животное не выходит на волю. Садится на краешек, посидит и возвращается на место. Но белорусы ведь все-таки не шиншиллы! Никогда не поздно поднять голову и расправить плечи.

Виктории часто приходится отбиваться от нападок: «Тебе что, больше всех надо?» Но именно такие люди меняют нашу жизнь к лучшему, даже если для этого фее приходится надевать доспехи.

«Имена» работают на деньги читателей. Вы оформляете подписку на 3, 5, 10 рублей в месяц или делаете разовый платеж, а мы находим новые истории и помогаем еще большему количеству людей. Выберите удобный способ перевода — здесь. «Имена» — для читателей, читатели — для «Имен»!

Герои

Вундеркинды из глубинки. Влад и Женя хотят стать великими изобретателями. Но без учителей и компьютеров у них почти нет шансов

Помогаем проекту STEM-образование в регионах
Собрано 8054 из 19 683 рубля
Герои

«Их загоняют в гетто». Режиссер Исаков снял правдивый фильм о детях с аутизмом

Помогаем проекту Театр для детей с аутизмом
Собрано 28 357 из 58 448 рублей
Герои

Ангел с кувалдой. Как учительница младших классов бросила школу и основала детскую газету, которую полюбили во всем мире

Герои

«Боюсь ребенка отпустить на кухню». Как живут люди в последних минских коммуналках

Герои

Найдите моему ребенку маму лучше, чем я. Бывший психолог Центра усыновления о том, как белорусы не готовы усыновлять детей

Помогаем проекту Родные люди
Собрано 1800 из 46 662 рубля
Герои

No pasarán! Как пенсионерка в Минске пять лет не дает уплотнить свой квартал

Герои

Любовь и голуби. Дядя Миша 70 лет разводит голубей, он мастерил для них кормушки даже в колонии

Герои

«Муж говорил, я должна сидеть дома». Ольга Мазуренок в одиночку растит сына и бегает по всему миру, чтобы заработать на жизнь

Герои

Партизанки из Колодищей. Как три женщины отстояли у завода свой лес

Герои

«Я вам не Ирочка». Как женщина подняла лесхоз, где теперь тракторист зарабатывает больше директора